Книга Боги и чудовища, страница 199 – Шелби Махёрин

Если кто и заслужил покой, так это они.

Рид прижался щекой к моим волосам.

— Прости, Лу.

Молчание затянулось, даже натянулось, словно тетива лука. Я ждала, когда оно лопнет.

— Жаль, что…

— Не надо.

Я медленно подняла голову и посмотрела на Рида. Мое сердце сжалось при виде боли на его лице, таком знакомом. Я смотрела на очертания его бровей, носа, губ, вглядываясь в каждую черточку. В глубине души я с самого начала знала, чем все кончится. Я чувствовала это с той самой минуты, как мы впервые встретились, с той минуты, как я впервые увидела балисарду на плечевом ремне Рида. Мы – несчастные влюбленные, сведенные вместе судьбой или провидением. Жизнью и смертью. Богами или, быть может, чудовищами.

И в конце нас ждет костер.

Взмахнув рукой, я скрыла нас от взглядов всех шассеров. Магия вспыхнула вокруг нас.

— Поцелуй меня, Рид.

Рид

Я смотрел на заплаканное лицо Лу, чувствуя боль в груди. Ей ни к чему умолять меня. Я сделаю все, что она попросит. Если поцелуй остановит хотя бы слезинку, я поцелую ее тысячу раз. Если мы переживем эту ночь, я буду смахивать поцелуями каждую слезинку до конца ее жизни.

«Куда ты пойдешь, туда и я пойду, и где ты жить будешь, там и я буду жить».

Лу прошептала мне эти слова, как молитву. И я все еще чувствовал их. Я чувствовал каждое слово.

Как я вообще мог подумать, что наша связь, чувства между нами не были священны? Мои чувства к Лу были искренними и чистыми. Они поглотят меня, если я позволю. Поглотят нас обоих.

Но я смотрел на Лу слишком долго. Продолжая плакать, она обвила меня за шею и уткнулась головой мне в плечо. Проклиная свою ошибку, я обхватил ее лицо ладонями. Нежно. Так нежно. Я приподнял лицо Лу, чтобы она посмотрела на меня. А затем – с нарочитой осторожностью – я прижался губами к ее губам.

Я не мог прогнать эту боль. Не мог все исправить. Вероятно, мы оба сгорим на закате.

Но я мог обнять ее.

— Я люблю тебя, – выдохнула Лу. Ее ресницы затрепетали, когда я нежно поцеловал ее щеки. Нос. Веки. – Я любила тебя тогда, люблю сейчас и буду любить впредь.

Губами я скользнул вниз по шее Лу. К ее шраму. Она откинула голову, обнажая его передо мной. Совершенно уязвимая.

— До того, как моя мать успела перерезать мне горло на Модраните… – Слова прозвучали как признание. – …Я думала, что никогда больше тебя не увижу. Ведьма и охотник на ведьм не смогут быть вместе в загробной жизни.

Тогда я поднял голову.

— Я снова найду тебя, Лу. – Слова сорвались с губ, словно ждали своего часа на кончике языка. Мое собственное признание. Возможно, я уже говорил их раньше. Не помню. Это не имело значения. Хоть я и утратил наше прошлое, будущее терять я не желал. Даже смерть не отняла бы его у меня. – Обещаю.

Лу страстно на меня посмотрела.

— Знаю.

Хотя у нас не было времени – хотя охотники стояли за дверью в дозоре, а солнце садилось за городом, – Лу не спешила. Она скользнула руками мне за воротник и провела по спине. Я коснулся подола ее блузки. Дюйм за дюймом я стянул с нее блузку и опустил Лу на пол. Она сняла мою рубашку через голову. Нас охватил жар. Лу провела пальцем по моему шраму, пока я опускался ниже, пробуя на вкус каждый изгиб ее тела. С каждым вздохом, с каждым прикосновением – пылким и медленным, словно ищущим, – страсть нарастала. Как и отчаяние.