Книга Боги и чудовища, страница 233 – Шелби Махёрин

— О нет, я не могу. – Селия замотала головой, пытаясь вернуть балисарду мне. – Я не умею владеть мечом. Не знаю, как орудовать балисардой.

— Чтобы защищать невинных, размахивать мечом вовсе необязательно, Селия, – сказал Жан-Люк, кивнув мне в знак признательности. В знак уважения. Он сиял от гордости, глядя на нее. – Ты как никто другой доказала это.

Я тоже кивнул, отойдя от двери и широко ее распахнув.

— Башня разрушена. Пора отстроить все заново.

Селия робко улыбнулась и вошла в кондитерскую. Жан-Люк последовал за ней.

Я не пошел за ними. Не сразу. Сначала посмотрел на кольцо в руке.

— Что ты здесь делаешь? – Лу коснулась моего плеча, и я повернулся, пряча кольцо в карман. Она посмотрела направо и налево, многозначительно ухмыляясь. – С друзьями веселишься?

При виде ее пытливого взгляда я не удержался от широкой улыбки и поцеловал Лу прямо в губы. А когда отстранился, она щелкнула меня по носу, коснулась моей щеки и потерла нос.

— Пойдем обратно. Пан говорит, булочки готовы.

Я провел губами по ее ладони.

— Кажется, я в раю.

Ансель

Летняя пора в Шато ле Блан расцветала неспешно и лениво. Шалфей и лаванда усеяли гору темно-пурпурными и синими волнами, белые и желтые маргаритки буйно разрослись между скал и вдоль ручьев, рядом алели армерия и клевер.

Никогда в жизни я не видел таких цветов. Никогда не чувствовал такого тепла на щеках, как от поцелуя матери, объятий друга. Если бы я не услышал голоса – нет, смех– своих друзей, то мог бы вечно стоять в тишине этих полевых цветов.

В день своей свадьбы Лу собрала в букет по каждому цветку.

Сидя, скрестив ноги, на своей детской кровати – золотые нити стеганого одеяла искрились в лучах полуденного солнца, – она нетерпеливо ждала, когда Коко вплетет цветы ей в корону.

— Перестань ерзать, – проворчала Коко, ухмыляясь и дергая Лу за прядь волос. – Ты кровать трясешь.

Лу еще больше завиляла бедрами.

— А уж как она сегодня вечером будет трястись…

Щеки у Селии покраснели, как и у меня. Чтобы скрыть смущение, она заглянула в шкаф и достала простое платье цвета слоновой кости, а я улыбнулся и сел в шезлонг рядом с мадам Лабелль. Конечно, она не видела меня, но, заметив, как заблестели и затанцевали ее глаза, я подумал, что она, возможно, почувствовала мое присутствие.

— Дражайшая подруга, ты очаровательно развратна.

— Ох, ну простите. – Лу широко улыбнулась и посмотрела на Коко. – Напомни-ка, кто тут у нас потерял свою невинность прямо на…

Деликатно кашлянув, Селия спросила:

— Может, стоит отложить этот разговор для более подходящей компании?

Она бросила взгляд на Виолетту и Габриэль, которые порхали по комнате, рассматривая все и вся. Золотой лист на потолке. Лунную пыль на подоконнике. Позолоченную арфу в углу и оловянных солдатиков под шезлонгом. В детстве Лу нарисовала им усы. В сундуке у кровати все еще лежали игрушечные мечи и сломанные музыкальные инструменты, наполовину прочитанные книги и белый кролик. Плюшевый, разумеется.

Самая настоящая кошка у моих ног зашипела на него.

Мелисандра,так назвала ее Лу. Кошку. Не кролика. У нее был сломанный хвост и кривые зубы. Это серое полосатое создание нельзя было назвать красивым, но Лу считала иначе. Она увидела ее, возмущенно воющую в глухом переулке после битвы при Цезарине и тут же забрала несчастное животное, к большому огорчению Рида.