Книга ЛЮМО, страница 70 – К. Велесмайская

— Ага, в жопу его приказы. Я хочу с ним поговорить! – Найра брыкалась и пыталась освободиться из клешней Ао и Кагая, тянувших её назад, от дома младшего.

— Дай ему выплеснуть эмоции! Ты сама говорила! – не унимался Кагай.

— Сейчас уже надо разговаривать! Пустите! Бестолочи!

Ао послушался и отпустил её, ущипнув и Третьего. Они молча выдохнули и ушли.

Входная дверь открылась прежде, чем Найра успела постучать. Иса, весь выпачканный, взъерошенный и залитый горем, уронил голову на её грудь, и она крепко прижала его к себе.

Всю ночь они сидели на крыше, томно вздыхая о прошлом и огромной цене, которую платило человечество. Рассуждали о наказании и о том, как Земля чистит саму себя от цепких паразитов, а люди, не будь скромны, возомнили себя жертвами на фоне пожаров и ураганов.

— Если они думают, что наши вспышки их спасут, то глубоко ошибаются. Я всегда видела рожи, которые только и ждут помощи, а сами палец о палец… Даже ошибки не признают! Сколько раз мы отравляли Землю? Продавали кусочки своего дома, самих себя? Магия им не клей. Прах не склеить.

— Наверное, ты права. И всё же… Ты так не любишь Светоч, но я вижу, как ты стала сильна. Чувствую. Магия тебя слушается.

— Я просто разговариваю с ней на повышенных тонах. Пока вы со светом пытаетесь подружиться, я хочу им управлять. Так легче.

На полчаса воцарилось молчание. А затем Иса достал из кармана круглую подвеску с изумрудом и выгравированной буквой «Ф» на обороте.

— Я хочу подарить тебе её. Подвеска моей мамы. Это моя благодарность.

— Ох, не стоит… Я же…

— Я настаиваю. Вот, возьми.

Найра повертела серебряное украшение и благодарно кивнула, надев подвеску на шею.

— Они мной гордились. Так сильно, что даже пошли в этот проклятый музей… – Иса схватил себя за голову и попытался вспомнить улыбки близких. – А я сам виноват. Редко приезжал. Знаешь, я думал, что, ну… Если избран и наделён магией, то мои будут в безопасности. Якобы привилегия.

— Привилегия? Да, мир сделал из нашего избрания нечто сказочное, непостижимое. Привилегия. Всем плевать, как тяжело обладать магией света. Представь… Они посылают ребёнка воевать против чудищ только потому, что какая-то Светоч указала! Меня это бесит. Тебе всего шестнадцать!

— На самом деле… Четырнадцать.

— Что?! – Найра даже взвизгнула, и Иса сразу закрыл ей рот ладонью, шикая.

— Командир попросил соврать.

— Да уж… Ха, да будь тебе десять, отдали бы в жертву бластам и глазом не моргнув. На нас клеймо, а не корона.

Иса посмотрел наверх, ловя взглядом самолёт. Затем вымученно улыбнулся: по уголкам глаз разбежались первые морщинки.

— А я и не против. Мне всё равно. Теперь от жизни останутся только привычки. Готов пойти на жертву первым. Ладно… Уже поздно, я попробую уснуть. Не сиди долго. И… Найра.

— Да?

— Не копи ненависть только из-за того, что не можешь во всём разобраться.

Лишь оставшись в одиночестве, Найра поняла, что давно не встречала рассвет. На закате ей становилось плохо, из носа текла кровь, и рассвет схож на то странное озорство? Укутавшись в вязаный свитер, Найра обняла свои колени и стала ждать, не прекращая думать о словах Исы. Крутила и крутила их в голове, пока на веки давила усталость.

Когда небо окрасилось в светлые голубые тона, а облака послушно расступились перед первыми лучами, Найра утопала в прохладе и ожидании. Солнечная капля упала на её нос и вместо кровавой дорожки вызвала совершенно иную реакцию. Преисполнившись всем прекрасным и светлым, что могло существовать в мире: больше, чем любовь, сильнее, чем узы родства или связь целых поколений.