Книга Сердце демона. Возлюбленная поневоле, страница 28 – Елена Белильщикова

Эль помнил, как ему физически стало противно, когда пришла подмога. Когда он не сумел справиться с ангелом сам, и на противника напали подло, со спины, остальные демоны. Эль помнил, как обессиленно упал к его ногам поверженный ангел. И какой ненавистью сверкнули эти синие глаза, когда тот взглянул на него. Как ангел прошептал единственную фразу, раскаленной иглой вонзившуюся в сознание и не отпускающую до сих пор через годы:

— Несправедливо… бить со спины.

И отключился. Эль помнил, как набросил золотистую сеть-ловец, уникальный артефакт, подавляющий ангельскую силу, на своего противника, лежащего без сознания. И как отнес ангела в Тронный зал во дворец, швырнув к ногам своей королевы.

Больше об ангеле никто и никогда не слышал. Он как сквозь землю провалился. И вот… здесь и сейчас Эль увидел его перед собой. В клетке с золочеными прутьями, по которым пробегала опасная охранная магия.

Ингрид вошла в клетку бесстрашно, без охраны. Только с Элем за спиной. Держа на руках Лорейну, впавшую в беспамятство.

— Рафаэль, смотри, с кем я пожаловала в гости. Твоя тюремщица, – протянула Ингрид издевательски.

В ее голосе Элю почудились странные нотки. Слишком личные. Будто Ингрид ревнует Лорейну к ангелу… или наоборот. И в ответном взгляде Рафаэля он увидел непонятный блеск. Почти безумный огонек. Ангел почти рванулся вперед, но вовремя зазвеневшая цепь за спиной натянулась и заставила его застыть на месте.

— Она умирает. Так и будешь стоять? И бездействовать? – и снова этот особый тон.

Эль скрипнул зубами, не понимая, что происходит перед его глазами.

— А что прикажешь делать, моя королева? – голос ангела прозвучал слишком горько. Почти обреченно. И то, как он выделил «моя королева», поводя плечами.

На его когда-то белой рубашке, уже почти превратившейся в лохмотья, виднелись потемневшие следы от крови. Ткань, разорванная плетью… Ингрид явно была не из тех, кто хорошо обращается со своими пленниками. Игрушками.

— Не притворяйся, ангел. Я знаю, что высшие ангелы имеют особые способности. Могут исцелять… всех. И с белыми перьями, и с черными. Исцели демона. Она же для тебя просто… невинная.

Ангел дернулся, как от удара. Но не сдвинулся с места. Лишь скрестил руки на груди и замкнулся. Промолчал на провокацию. Ингрид усилила нажим, подходя ближе.

— Исцели. Я приказываю.

— Я не подчиняюсь приказам! – дерзко вскинул голову Рафаэль, глядя прямо в глаза Ингрид. – Я думал, ты уяснишь это за время, проведенное со мной в подземельях!

— Замолчи! – зашипела разгневанная королева, хлестко замахнувшись ладонью, из которой сверкнуло подобие магической плети.

Она обожгла шею, плечо одним замахом. Рафаэль сцепил зубы и даже не застонал.

— Исцели, – тон Ингрид неуловимо изменился, стал тягучим, сладким, словно мед. Горький отравленный мед, судя по исказившемуся, как от боли, лицу ангела. – Пожалуйста. Она умирает… и теряет ребенка.

Королева приблизилась к уху Рафаэля и что-то шепнула. Эль не расслышал, что именно. Но ему показалось, что снова прозвучало слово: «Ребенок». Мороз прошел по коже. Усилием воли Эль отогнал от себя очередные подозрения в неверности жены. Не время и не место сейчас. Да и к кому ревновать?! К избитому пленнику-ангелу? Любимой игрушке самой королевы? Лорейна была лишь тюремщицей Рафаэля и довольно давно. Лишь тюремщица и точка. Не больше.