Книга Попаданка. Мама для бастарда, страница 29 – Елена Белильщикова

— Эй, вы чего тут расселись? Больше не о чем языки почесать? Длинные у вас стали, языки эти? Так я быстро укорочу! – рыкнул Милад, подойдя ближе к сплетницам.

Бабки переглянулись да засобирались домой быстро. Репутация у него в деревня была, прямо сказать, не самая лучшая. Драчун он был, злой очень. Ну, а что? Это не он виноват, это жизнь такая. Собачья. Плюнув в сердцах на землю, решил Милад в лес сходить прогуляться. Развеяться немного. Да ноги сами его в другую сторону от знакомых тропинок понесли.

В лесу как-то резко потемнело. Пахнуло тиной, сыростью, потянуло туманом с болот. Хотя вроде и не шел Милад в ту сторону, знал, где места гиблые. А будто тропинка сама заплутала. Между деревьев вспыхнули огоньки. И не поймешь, окна далеких домишек? Или болотные огоньки? А может, глаза волчьи, хищные? Повернуть бы назад, но места словно стали чужие, незнакомые.

Под ногами зашуршало. Змея скользнула у самых носков сапог, зашипела недовольно. А еще шевельнулся чей-то силуэт между деревьев, тут же спрятавшись, не желая попасться на глаза.

Говорили в деревне старики, не сходить с лесной тропинки, не заходить дальше старого дуба, расколотого молнией. Сгинешь – и поминай, как звали… И кто знает, только ли от болота, которое уже грязью чавкнуло под сапогом Милада?

Голова его кружилась, пока Милад шел, как зачарованный, по тропинке. Тонкая, незаметная почти, змеилась эта тропка в стороне от остальных. А он кручинился, думал о Данке и Драго. Может, правы они? И ошибка какая вышла? Вон, правду бабки говорят – глаза-то у сына его. Не бывает же такого, чтобы один ребенок да от двух мужчин у девки уродился!

Но мысли о Дане и ее измене быстро выветрились из его головы, когда заслышал Милад смех серебристый. Увидел кончик косы черной, что между деревьев мелькнул. И тонкий стан, который спрятался, скрылся в тумане болотном.

— Не ходи туда! – крикнул Милад, испугавшись, что помрет девица.

Забредет в болота, а там топи ее ядовитые не отпустят. Только труп поутру и найдут, вот горе-то родителям будет? А может… стало ему интересно, красивая ли та девица, что за стволом дерева спряталась? И пошел Милад за ней следом, за ее силуэтом прозрачным, как зачарованный.

Под ногой хрустнула какая-то коряга сухая. И тут же жадно, голодно чавкнула густая грязь. Ухватила за ногу, затягивая вглубь.

Тень тут же выскользнула из-за дерева. И совсем не по-девичьи сильные пальцы перехватили Милада за руку. Незнакомец ловко переступил на небольшой кочке, дергая к себе. Этот устойчивый островок был совсем небольшим, и они оказались почти нос к носу. Среди деревьев снова мелькнули болотные огни, и стало понятно, что вовсе это не девица… Просто парень молодой, по-змеиному изящный, с длинными черными волосами. Отсветы заплясали на тонком лице, бледном, как луна.

— Мне-то ходить здесь можно, я эти места хорошо знаю… А ты зачем забрел, не слышал, что ли, про трясину? Если бы не змей мой, сгинул бы… – незнакомец разжал пальцы и наклонился, а змейка тут же проворно на ладонь скользнула, руку обвила, ласкаясь, как котенок.

Милад дернулся всем телом и заорал, когда змея к нему полезть попыталась. А парень лишь улыбнулся лениво, да потянулся, изогнувшись гибким станом перед ним. Да уж, тонкий он – загляденье! Зависть берет, сам бы хотел так ловко и плавно двигаться.