Книга Пленница Лютого Альфы, страница 105 – Светлана Ворон

Зверь бьётся в экстазе! Мы уже почти внутри.

— Лучшего момента не будет, — любуюсь своей перепуганной девочкой, останавливаясь перед самым важным шагом на миг и давая ей перевести дух. Смириться с неизбежным.

— Он слишком большой, — пищит она испуганно, словно надеется этим остановить.

— Нормальный, поместится, — возражаю.

В глаза смотрю. За бёдра крепко держу. Жар лона сдавливает головку, даря охуенные ощущения.

— Ты влажная и готовая, звёздочка. На тебе — моя метка. Будет почти не больно. Всего мгновение и сразу всё заживёт. Не так, как у людей. А потом я хорошо тебе снова сделаю, кончишь на члене. Это намного сильнее, чем было до этого.

Пыхтит, глядя на меня обиженно и продолжая упорно отталкивать. Смотрит в глаза, но слова нужные на ум так и не приходят. С обречённым вздохом пытается расслабиться и дрожащие колени разводит.

— Вот так, моя хорошая, — одобряю кривой улыбкой и резким движением рву преграду.

Ох, блядь, я внутри!

Звезду трясёт, и я прижимаю её к своей груди, больше пока не двигаясь. Держу в объятиях, не позволяя соскочить.

Чувствую, как мой член обволакивает горячая волна девственной крови. Даю своей девочке попривыкнуть. Сдерживаю первобытные порывы.

— Больно, — хнычет она, подрагивая в моих руках.

Такая хрупкая, но больше уже не невинная.

Чувство ликования вспыхивает внутри. Моя. Только моя. Я — первый. И, нахуй, единственный. Никого к ней не подпущу.

— Сейчас пройдёт, — обещаю, поглаживая бережно по спине и белоснежным волосам.

Вдыхаю охуительный запах возбуждённой жены. Нежно целую в ушко и шею.

И слышу, как меняется характер её дыхания, когда мочку слегка прикусываю. Как напряжение отступает, пульс учащается.

— Ну, вот и всё, — одобрительно урчу, сжимаю хрупкие бёдра и пробую первый толчок.

О господи, он ещё дальше входит!

У меня и без того ощущение насаженной на вертел драной курицы, а Лютый заталкивает свою дубину ещё глубже.

Чувство наполненности — невыносимое. Меня распирает изнутри.

Слизистая пылает, но уже не так сильно, как вначале. Не так, словно наждачкой сдирают кожу или режут внутренности кинжалом.

— Тшш, — отзывается муж на мой всхлип, но не останавливается.

Размеренно и, к его чести, медленно меня растягивает, двигаясь вперёд и назад.

Держит меня за плечи крепко, не могу ни пошевелиться, ни воспротивиться. Я вроде сверху, но полностью в его власти.

Опять всхлипываю от распирания, но к пугающим ощущениям примешивается что-то другое. Жжение вдруг становится приятным. Оно ещё немного колючее, но уже похоже на возбуждение.

— Блядь, охуенно, — Лютый закатывает глаза и чуть ускоряется, пронзая меня снова и снова.

Его дыхание тяжелеет, пальцы сжимают почти до боли, движения становятся менее осторожными.

— Какая же ты узкая, блядь, — перемещает ладони на поясницу и заставляет выгнуться вперёд.

Приподнимается и хватает губами сосок.

Хнычу от остроты ощущений. Разряды тока выстреливают между ног, соски твердеют и становятся ужасно чувствительными.

Голова кружится. Воздуха не хватает.

В таком положении клитор трётся о пах мужчины и все ощущения усиливаются.

Как будто между ног плещут кипятком и одновременно смазывают мёдом. Странное сочетание боли и удовольствия пьянит.

Хватаюсь за плечи мужа, когда он садится и ещё плотнее в себя вжимает. Держит ручищами ягодицы и начинает насаживать меня быстрее, глядя снизу вверх.