Книга Железный характер Кристианы Морли, страница 173 – Елизавета Соболянская

Плюс печи, плюс мебель, утварь, ковры, занавески… Если меблировка дома обойдется дешевле моего приданого — считай, повезло! Еще карета, грядущие гости, да и содержание дома…

Однако муж мой спокоен, а это значит, на его счетах осталось достаточно средств до следующего сбора налогов и оброков! Сколько же у него было на счету? Полмиллиона? Больше?

Вот тебе и тихий офицер в юнкерском мундире!

Пока я, ошеломленная подсчетами, пила чай, матушка тоже, видимо, посчитала все, что нужно, в уме и слабым голосом попросила у Семена Варфоломеича рюмочку наливки — голова, мол, разболелась. Усмехнувшись, Неклюдов-старший принес домашнюю вишневку и налил в маленькие рюмочки “для дам-с”. Варфоломею предложил “горькой”, но мой супруг отказался, сославшись на предстоящие визиты.

До этого момента Аюржана Баатаровна сидела тихо, но выпив рюмочку “вишневки”, она вдруг вспомнила про подарочек Орловых. Старушка тут же шустро поднялась, опираясь на свою палку, подошла к нам ближе и пожелала коней увидеть.

— Грандма, — сказал ей Неклюдов, — лошадей обещали прислать в наш новый дом. Я бы с радостью показал вам рысаков, но нам с Кристианой следует нанести еще несколько визитов…

Старушка недовольно поморщилась и пообещала приехать к нам завтра — и визит отдать, и “лошадушек посмотреть”. Возражать мы не посмели.

К счастью, всех отвлекла моя свекровь — она вспомнила и велела лакею принести из кабинета шкатулку, которую мне торжественно вручили. Щелкнул простой замочек-защелка, и мне открылся ровный ряд… визитных карточек! Элегантно-серых, с черной надписью “мадам Неклюдова” и маленькой припиской “супруга камергера В.С. Неклюдова”.

Я сразу вспомнила уроки госпожи де Анкоро и поняла, почему сделана приписка. Традиционно на женских карточках указывалось просто “мадам такая-то” без адреса (упаси Боже, это неприлично!) и даже без герба.

Нет, особо титулованные дамы могли добавить герб, но это считалось вызывающим, почти неприличным. Тогда как на мужских карточках герб и адрес указывались, но информация о месте жительства просто дописывалась от руки. Ведь дворяне, приезжающие в столицу на сезон, чаще всего не имели собственных особняков, а просто снимали квартиры в доходных домах — и каждый год в разных.

Получалось, что только в этой комнате сейчас находилось три мадам Неклюдовых, и, возможно, наши карточки были изготовлены по одному образцу, потому и понадобилась приписка-уточнение.

Незамужним девицам карточек не полагалось вовсе, в случае визитов их вписывали в карточку матери. Теперь же я, как замужняя дама, должна была не просто оставлять свою визитку, обозначая посещение дома, но и добавлять к ней визитку супруга — для мужа подруги или родственницы.

Визитки Неклюдова-младшего тоже лежали в шкатулке — но в гораздо меньшем количестве. На них тем же шрифтом было выписано: “Варфоломей Семенович Неклюдов, генерал в отставке, камергер”. Ниже красовался герб Неклюдовых — небольшой, неяркий, но весьма представительный. На обороте карточки оставалось пустое место для записки.

— Вот здесь карточки с адресом, — подсказала свекровь, наблюдая за тем, как я рассматриваю ее труды. — Их немного совсем, будешь оставлять в лавках и у портных, чтобы знали, куда присылать счет.

Я действительно любовалась карточками, и от души благодарила свекровь.