Книга Наследник иллюзий, страница 157 – Мэделин Тейлор

— Когда Найджел понял, что у моей дорогой питомицы, – Бэйлор указывает на передний ряд, где сижу я, – есть способности призрака, он отправил единственную дочь служить мне и королевству, хоть и очень страдал от разлуки с ней.

Ну надо же. Значит, вот так просто меняем всю историю? Великолепно.

— И это проявление истинной преданности нашему великому острову. – Голос Бэйлора становится громче, эхом разносясь по храму. – Пусть все мы будем похожи на Найджела Помероя.

Я ерзаю, выгибая спину. Учитывая, сколько денег вложили в это место, могли бы предусмотреть подушки. Но нет, местные деревянные скамьи столь же жесткие и неумолимые, как и мой покойный отец. По крайней мере, передний ряд предназначен лишь для членов семьи, поэтому нам с Беллами не приходится тесниться с кем-то еще.

Игнорируя болтовню Бэйлора, я наблюдаю за сидящим рядом братом. Держится он удивительно стойко – за сегодняшний день не пролил ни слезинки. В детстве я никогда не понимала сложившихся между ними отношений, знала лишь, что со мной отец вел себя иначе. Впрочем, лорд Померой не отличался ни нежностью, ни добротой даже со своим истинным наследником. И все же Беллами оставался с ним все эти годы, как послушный сын, однако смерть отца, похоже, ни капли его не взволновала.

Словно почувствовав мой взгляд, Бел чуть заметно поворачивает голову и вопросительно поднимает бровь.

— С тобой все нормально? – шепчу я, не зная, что еще спросить.

Он опускает голову, и в уголках его рта появляются морщинки.

— Я испытываю слишком много чувств, чтобы выразить их словами.

— Все хорошо. – Я подаюсь вперед и сжимаю его руку. – Ты и не обязан.

Пусть я всей душой ненавидела отца, Бел, возможно, его любил, поэтому имеет право проявлять свою скорбь, как пожелает. Не мне его судить.

— Не хочешь поужинать вместе? Только мы вдвоем, – предлагаю я.

Он бросает на меня полный сожаления взгляд.

— Я уеду сразу после похорон.

Впервые за утро сердце пронзает настоящая печаль. Я выпускаю ладонь Бела и складываю руки на коленях.

— Ох, понятно.

— Я хотел бы остаться подольше, – говорит он так тихо, что я почти не слышу его из-за болтовни Бэйлора.

Я поднимаю подбородок, не желая, чтобы брат заметил мое разочарование сквозь вуаль.

— Я все понимаю.

— Король приказал мне вернуться домой и привести в порядок дела отца.

Я поворачиваю к нему голову, чувствуя, как внутри закипает гнев. Мне следовало предвидеть, что Бэйлор попытается изолировать меня от единственного оставшегося члена семьи. Он никогда не позволял мне общаться с Беллами – видимо, так и не забыл, как в тот вечер брат боролся и умолял их меня не забирать. Такая связь опасна для Бэйлора, поскольку может научить меня отличать настоящую любовь от той дешевой подделки, что предлагает мне сам король.

— Может, мне поговорить с ним? – предлагаю я, заранее понимая, что это, скорее всего, бесполезно.

Бел качает головой.

— Нет. Это ни к чему хорошему не приведет. Кроме того, – смущенно продолжает он, – есть еще одна причина, по которой мне нужно уехать.

Я хмурюсь, сводя брови на переносице, но спросить, что он имеет в виду, не успеваю. Толпа в этот миг взрывается аплодисментами, потому что Бэйлор заканчивает речь и отступает в сторону, подавая знак хору начинать. Едва по залу разносятся мелодичные звуки, как все присутствующие поднимаются на ноги, и их голоса сливаются в единую симфонию, эхом отражаясь от стен.