Книга Наследник иллюзий, страница 18 – Мэделин Тейлор

Пусть все жаждут того, что пробует лишь он один.

Приготовления занимают меньше получаса, но к тому времени, когда я, поблагодарив горничных, открываю дверь, Кальдар уже кипит от злости. Я прикусываю нижнюю губу, чтобы скрыть усмешку. Альва и Морвен возвращаются к своим обязанностям, а Кальдар вслед за мной шагает по коридору.

— Мне не нужно сопровождение, – напоминаю ему. – Дорогу я знаю.

— Это не тебе решать, – бормочет он мне в спину.

Король вечно меняет правила, причем без всякого предупреждения. Иногда он по утрам желает побыть один, и мое присутствие не требуется, а в другие дни ждет моей компании. Судя по всему, моя возможность разгуливать без сопровождения также может измениться в любой момент.

Я оглядываюсь через плечо, с отвращением глядя на самодовольное лицо советника. Греет лишь одно: если захочу, смогу выпотрошить его в мгновение ока – он даже не успеет вытащить из ножен маленький кинжал, висящий у него на поясе. Возможно, когда-нибудь я даже воплощу это желание в жизнь. При мысли об этом в груди расцветает надежда.

— Хватит на меня так пялиться, – хмуро бросает Кальдар.

Я поднимаю брови, изображая полнейшее непонимание.

— Как именно?

Он что-то бормочет себе под нос. Я отворачиваюсь от него и мысленно улыбаюсь, представляя, какие звуки он будет издавать, когда падет от моей руки.

Таких как Кальдар, я уже неплохо изучила. Все они одинаковые – чрезмерно уверенные в своем врожденном превосходстве. Однако, оставшись безоружными, да еще и в моей власти, они начинают умолять, плакать, стенать. Люди вроде них не привыкли становиться перед кем-либо на колени, а потому столкновение с реальными последствиями своих действий их по-настоящему потрясает.

В конце концов, они ведь высокородные, считают, что для них существуют исключения.

Когда мы приближаемся к столовой, где обычно завтракает его величество, нас встречают его личные охранники, Дорал и Хаксли. Даже мне, его избраннице, которую он сам пригласил, не дозволено входить внутрь без дополнительного объявления. Когда меня все же пропускают в королевские покои, на Кальдара я не оглядываюсь.

Роскошная светлая столовая для завтраков примыкает к спальне короля, что придает интимной атмосферы. Утренний свет вливается внутрь сквозь открытые двери балкона, с которого открывается вид на океан внизу. На стенах висят живописные сельские пейзажи, повсюду расставлены букеты цветов. Яркие желтые обои в сочетании с деревянной мебелью теплых оттенков создают уютную обстановку, призванную внушить посетителям чувство безопасности и уверенность в том, что их хотят здесь видеть. Прямо как дома.

Только все это ложь.

— Айверсон.

Бэйлор поднимается с места во главе стола и с нежной улыбкой подходит поприветствовать меня. Я склоняюсь в глубоком реверансе, внутренне негодуя из-за того, с какой легкостью мое имя срывается с его языка. Он так привык произносить его, что уже пользуется им без раздумий.

Его прямые светлые волосы спадают до плеч, едва касаясь расшитого золотом доломана. Между прядями гордо торчат выставленные на всеобщее обозрение заостренные уши. Голову венчает золотая корона, чтобы ни у кого не осталось сомнений в личности правителя.

Бэйлор никогда не говорил, сколько ему лет. Несомненно, он живет уже не один век, хотя по лицу этого и не скажешь. Внешне никто не дал бы ему больше тридцати. Как и все фейри, он наделен вечной юностью и красотой, которая в детстве ослепляла меня. Теперь же я с трудом нахожу в нем хоть что-то привлекательное.