Книга Сегодня я слишком занята, страница 46 – Кан Ривон

Луис нахмурился еще сильнее. В его словаре не существовало слова «уступить».

— Похоже, дело важное… Может, вам все-таки стоит его принять? – осторожно вмешалась я.

— Да ерунда. Как всегда, раздувает из мухи слона. Не обращай внимания, – раздраженно отмахнулся Луис.

Но тревога все же не покидала меня.

Канцлер Жюль всегда был предан моему брату… и все же в решающий момент он встал на сторону Херейса и помог посадить на трон Эдмунда. Луис, конечно, тоже приложил к этому руку. Преданность канцлера императору была как безответная любовь – безоговорочная и фанатичная. Жюль то и дело давал Луису советы и предостерегал его, но в ответ получал лишь холодное равнодушие. Я не знала всех подробностей их отношений, но изменение позиции канцлера сыграла решающую роль в успехе мятежа. Вероятнее всего, такие радикальные перемены были спровоцированы глубоко укоренившимися обидами и чувством предательства. Если Луис действительно изменится, возможно, канцлер Жюль, в свою очередь, не станет поддерживать грядущий мятеж. А если мне удастся не допустить переход канцлера на другую сторону, то наверняка изменится и будущее.

— Я…

Стоило мне открыть рот, как Луис и Херейс, еще секунду назад испепелявшие друг друга взглядами, тут же уставились на меня. Я решила не тянуть с ответом.

— Некоторое время поживу во дворце.

Выбор был сделан – тянуть дальше не имело смысла. Нужно было как можно скорее отправить Луиса к канцлеру и покончить с этим. Лучшего решения не найти.

Херейс ошеломленно замер, словно услышал нечто невероятное. Луис же, напротив, повернулся к нему с видом триумфатора: губы изогнулись в самодовольной улыбке, какая бывает у трехлетнего ребенка, который только что «победил».

На самом деле решение остаться во дворце на некоторое время было оправданным. Более того, вполне разумным. Не за горами мрачное будущее, в котором мой брат-император будет низвергнут с престола и убит. Меня же ждет смерть на глазах у мужа, которого я так любила, пока место рядом с ним не заняла другая женщина. И все это начнется с одного рокового события – его мятежа.

Да, предательство канцлера Жюля сыграло огромную роль. И все же мятежникам удалось так легко одержать верх только потому, что мой брат лишился сторонников не только среди знати, но и среди простых людей. Он стал тем, кого возненавидели все, и потому казавшаяся непоколебимой императорская власть рухнула в одночасье.

А что, если посмотреть на это с другой стороны? Если брат перестанет быть «тираном» и станет мудрым, справедливым правителем, тогда мятежники лишатся главного основания для свержения и уже не смогут прикрываться словами «мы низвергли тирана». А значит, у Луиса появятся люди, готовые его поддержать. И тогда, в отличие от прошлого, восставшим будет куда сложнее победить.

В таком случае…

Я посмотрела на спину канцлера Жюля, ожидающего снаружи. Канцлер, которого уважает знать и любит народ… такого человека нам нельзя потерять. И чтобы он остался на стороне брата и не изменил своего отношения к нему, мне нужно было остаться во дворце и изо всех сил постараться повлиять на Луиса.

— Это ненадолго. Ничего необычного. Нередко бывает так, что после свадьбы женщина еще какое-то время живет в родительском доме.

Видимо, моя однозначная позиция дала брату полную свободу для маневра. Он воспрянул духом и поднялся, не пытаясь скрыть хорошего настроения.