Книга Шрам на кости, страница 35 – Софи Джордан

Подавляя подступающую к горлу желчь, направила кобылу к пронзенной женщине – молодой, примерно моего возраста.

Все это казалось невообразимым. Никто не заслуживал такой жуткой участи. Я взглянула на холодное, бесстрастное лицо Вэтра и не нашла в его ледяном взгляде ни капли сострадания.

Я кивнула на нее.

— Давай спустим ее вниз.

— Ей все равно не выжить, – ровным голосом заметил Харальд и, больше не глядя ни на кого из жертв, снова поехал вперед. – Они все покойники, что бы мы ни сделали.

— Но она еще жива и страдает!

Харальд, пропустив мои слова мимо ушей, даже не остановился; лишь держался теперь по центру дороги, стараясь не смотреть ни направо, ни налево. Возможно, ему было легче просто сделать вид, что на обочинах никого нет.

Я же, несмотря на всю кошмарность зрелища, так не могла – не находила в себе сил отвести взгляд от запекшейся крови, покрывавшей некогда полное жизни тело. Я смотрела в ее безумные, немигающие, полные боли глаза с серо-зелеными радужками, неспособная заставить себя отвернуться, бросить эту женщину. Я ее не знала и все же видела в ней себя – потерянную, испуганную, одинокую даже среди собратьев.

В этот миг, который, должно быть, казался вечностью, у нее осталась только я. И я не могла просто уехать и бросить ее одну. Не могла, даже несмотря на свою истинную суть.

Внезапно рядом оказался Вэтр, вклинился между женщиной и мной, заслоняя ее своим большим телом. Он вытащил из ножен меч, издавший мелодичный звон, и взмахнул рукой.

Я подалась вперед, пытаясь рассмотреть что-то поверх его плеча.

Женщина на миг шире распахнула глаза, в которых промелькнуло удивление вкупе с благодарностью, а после вся боль покинула ее вместе с внутренним светом, оставляя после себя пустоту. Ее невидящий взор застлала мутная пелена.

Я выдохнула. Женщина умерла.

— Ну вот, готово, – объявил Вэтр.

Я съежилась в седле, подавляя всхлип – хотя за жалобными стонами тех, кто все еще цеплялся за жизнь, его бы все равно никто не расслышал.

Вэтр двинулся дальше, добивая остальных. Милосердный поступок – и, даже если он просто уступил моей просьбе, я была благодарна. Их страданиям в любом случае пришел конец.

Я поскакала вперед вслед за Харальдом, который одарил меня странным взглядом, а после настороженно осмотрелся, словно опасаясь, что за нами даже сейчас кто-то наблюдает.

— Вряд ли тех, кто поставил эти столбы, обрадовало бы наше вмешательство.

— А разве не плевать, чего хотят сотворившие это монстры? – бросила я. Такое могли выкинуть только худшие из подонков, отбросы человеческого общества, бездушные твари. По коже побежали мурашки, а в горле, подобно надвигающейся буре, начал разгораться пожар. – Надеюсь, они смотрят! Пусть видят! – смело выпалила я, горя желанием угостить их своим огнем.

— А тебе бы стоило этим озаботиться, глупая девчонка! – подъехав ко мне, прорычал Вэтр, пронзил меня осуждающим взглядом и принялся чистить меч. Судя по резким, сердитым движениям, он негодовал, что ему вообще пришлось воспользоваться оружием, – ну и заодно злился на меня, во всех отношениях ненормального дракона – чересчур глупого, слишком медлительного, чрезвычайно слабого. – Мы приехали сюда наблюдать и узнавать, что они думают и как себя ведут. Только так мы сможем как следует понять их и не допустить, чтобы нас застигли врасплох и устроили еще одну эпоху Истребления. Но не стоит привлекать к себе внимание местных властей. То, как они поступают друг с другом, нас не касается.