Книга Свято место, страница 92 – Тем Гарценштейн

Флориан оставил свое жалкое сокровище на столе и подошел к Гретхен. Она смотрела в потолок лихорадочно блестящими глазами. Без лишних церемоний Флориан сел на корточки перед скамьей и тщательно оглядел рану. Деревяшка толщиной с палец. Сантиметров двадцать выше колена. Спереди торчит сильнее, чем сзади. Флориан достал нож и разрезал сильнее ткань бежевых брюк. Холодная белая кожа. Пульсация сокращающихся мышц. Флориан перевел взгляд на покрытое испариной лицо Гретхен. Нет, его идея определенно сумасшедшая, но выбора не было.

Впрочем, можно подождать, и его никто не осудит. Выйти, добраться до города и передать ее в умелые руки доктора. За эти напрасные часы она, конечно, может умереть, но зато Флориан не наделает глупостей. Есть второй вариант: вытащить обрубок. Будет такая кровопотеря, что Гретхен умрет сразу. И третий вариант. Ужасный и безумный настолько, что Флориан чувствовал, как в груди клокочет сардонический смех.

Нужен спирт. Без него не стоило даже крутить в голове третий вариант. Руки и рану необходимо обработать. Флориана осенило. Сумка! Гретхен же всегда таскала ее с собой. Сумка была крошечной, висела на тонкой бечевке и замыкалась шнуровкой. Внутри блокнот, пара карандашей. Флориан бесцеремонно запустил руку внутрь.

— О, только не подводи меня, – сказал он, раскрывая кармашек. – Ну что ж, не сомневался.

Пальцы царапнули стекло. Настойка из одуванчика. Золотые цветы грациозно плавали в спирту. Чудесно. Флориан откупорил и принюхался. Резкий въедливый запашок. Капнул на ладони и тщательно потер их. Снова посмотрел на Гретхен.

Третий вариант: вытащить обрубок и не дать ей умереть.

Полотенцем он хорошо оттер кровь вокруг раны, затем обработал спиртом сверху, и Гретхен вздрогнула, выгнув спину.

— Будет больно, – предупредил Флориан, касаясь ее руки.

Не предупредил – пообещал на будущее, близкое и далекое.

Впервые Гретхен не убрала руку, не отдернула, позволила ему держать ее ледяную ладонь. Флориан невольно провел большим пальцем по выпирающим костяшкам. Она же может умереть. Он обязан сделать все невозможное, чтобы Гретхен вернулась живой.

— Послушай, Гретхен, – тихо позвал он и удивился: всегда ли ее имя звучало так хрипло? – Я вытащу эту штуку из твоей ноги. Но нужно мне помочь. Во-первых, надеюсь, тебе хватит ума не помереть. Во-вторых, – наклонился к ее лицу. Голубые глаза казались прозрачной водой. Гретхен почти не моргала, погруженная в свой эфемерный ад, – не спи, пока я не закончу.

Вздох.

Флориан знал, что волнение будет лишним. Надо действовать четко и уверенно.

Он взял нож и начал стругать деревяшку, утончая ее. Гретхен, словно понимая все, задышала тяжелей. Комната, вопреки этому, погрузилась в густую липкую тишину. Обрубок спереди должен быть не толще мизинца и длиной лишь в пару сантиметров.

Сердце Флориана застучало сильнее. Если он ошибся, она умрет.

— Ну, – сказал он, приподнимая Гретхен, – давай.

Длинные рыжие локоны сетью падали на грудь. Флориан прижал ее к стене, удерживая за плечи. Достал из кармана спички.

Его идея проста.

Гретхен тихонько захныкала. Флориан, сжав зубы, открыл бутылочку с настойкой и плеснул на коротенький обрубок.

Его идея безумна.

Чиркнула спичка, и – мгновение – Флориан увидел, как в голубых глазах отражается оранжевое пламя. Он поджег деревяшку. Прижал Гретхен к себе, наклонился вперед и разом вырвал обрубок с другой стороны. Выдохнул – и ощутил острую боль в шее. Он ослабил хватку и, откинувшись, посмотрел на Гретхен. Ее лицо было искривлено болью, по лбу стекал пот, а глаза широко распахнуты. Флориан удивленно провел ладонью по шее, чувствуя глубокие, еще влажные следы от зубов. Сам был виноват. Надо было дать ей полотенце в зубы.