Книга Земля костяных богов. Взывающие корни, страница 112 – Александра Косталь

— Я ведь не хочу тебе ничего плохого, Снежана, – он попытался улыбнуться, улавливая её взгляд. – Никто из нас не хочет.

Девушка замотала головой, отрицая всё сказанное.

— Вы хотите забрать меня у него!

— Но ведь ты ему не принадлежишь.

— Нет, – легко согласилась Снежана, и буря в её глазах стала стихать. – И никогда не буду. Я просто буду с ним.

— Это он тебе внушил?

— Нет, конечно. Мы просто поговорили, он подарил мне эту вещь. – Она наконец отняла от груди дощечку, и Назар разглядел её. – Он не обвинял меня и не стыдил. Ему было интересно со мной!

— Конечно, интересно, – кивнул он. – Он же тысячелетнее божество, которому очень нравится играть со смертными. Ты для него молодая, живая, тёплая, неизведанная чужестранка, с которой очень интересно играть. Вот только он тебе не нужен.

— Почему?

— По всем тем причинам, которые я перечислил.

— Но ведь, – шмыгнув, пропищала Снежана, – я не нужна никому, кроме него. Вообще никому.

— Арсений…

— Он вспомнил о моём существовании, только чтобы позлить нашего отца!

— А родители?

— А что родители?

Поняв, что палит словами мимо цели, Назар задумался. Не могло быть, что Снежану совсем никто не держал в этом мире. Разговор казался ему абсурдным, но он считал нужным тянуть время до появления Арсения: дальше пусть сам с сестрой разбирается.

— А бабушки, дедушки?

— Только бабушка, и та всегда на стороне отца, – пожала плечами Снежана.

— А как же друзья? Неужели у тебя нет совсем общения со сверстниками?

Она грустно вздохнула. Назар уже понял, как сильно промахнулся: у него и самого не было никого, кроме бабушки. А общение с ровесниками, и уж тем более ровесницами происходило от случая к случаю.

Скорее, от заказа к заказу. Только работа его и связывала с людьми.

— Мы знакомы четыре дня, Назар, – едва слышно произнесла Снежана. – Четыре. А ты, Ваня и Оля уже меня ненавидите.

— Оля тебя защищала.

— Только чтобы позлить Арсения.

— Ты не можешь этого знать.

— Могу. – Она нервно сглотнула, поджимая губы. – И я знаю, Назар.

В окне промелькнул отблеск света, и они переглянулись. Снежана подскочила к стеклу и удивлённо пояснила:

— Это полицейский…

— А он что здесь забыл? – Назар почувствовал по её интонации, что это не всё. – Снежана?

— У него ружьё.

— Что?

Времени валяться на койке больше не осталось – он вскочил так резко, как не вскакивал, даже будучи здоровым. Едва ли Назар когда-то доверял Кузьме Саймаровичу, но его позднее появление с оружием явно не сулило ничего хорошего.

— Он идёт сюда, – протянула Снежана, оборачиваясь.

И скрыть страх она даже не пыталась: сразу схватила Назара за руку, хотя только что вырывалась, будто ужаленная.

Распахнулась входная дверь, следом послышались два осторожных шага.

— Молодёжь, есть кто дома?

Заскрипели половицы, и Снежана затряслась, вновь прижимая к груди дощечку. Ни она, ни Назар не выдавали своего присутствия, хотя эта иллюзия вот-вот бы разрушилась из-за неплотно прикрытой двери в комнату. Стоит чуть-чуть её толкнуть, и их раскроют.

И тогда окажется ясно, с какими намерениями полицейский явился к ним с ружьём.

— Неужели все разбежались? – спросил он из-за двери, будто уже готовился нажать на ручку. – Снежана, твой жених заждался…

Слова сработали как команда: Снежана сорвалась с места, бросая руку Назара. Тот едва успел схватить её за воротник футболки, оттаскивая назад.