Книга Земля костяных богов. Взывающие корни, страница 34 – Александра Косталь

Её крик согнал нескольких ворон с верхушки ближайшей сосны, и они с карканьем взмыли в воздух. Тимофей проводил их взглядом и вздохнул ещё тяжелее.

— А дед твой тоже сектант? – предположил он.

От возмущения Оля едва не задохнулась, но разразиться гневной тирадой не успела: лесник усмехнулся, будто поймал её за язык.

— Чем же он отличается от нас всех? – Тимофей стал наводить её на правильные размышления, как маленького ребёнка, вместо того чтобы сказать прямо. – Если твой дед живёт на этой земле, просит о благословении Юмо-влак, так ещё и делает орол^[9]. Ты знаешь, какая это честь? Он не просто сектант, пеледыш, он их духовный жрец. А ты идёшь прямо в лапы тех, кого боишься. Так, выходит?

Пришёл её черед усмехаться. Как же виртуозно этот дикарь вывернул её слова! Оля вновь чуть не запнулась, но удалось удержаться на ногах – только распотрошила носком сапога мох.

— Всё совсем не так! Я еду к своему дедушке, потому что волнуюсь за него! И он вполне нормальный человек, не скиталец и не сектант! Я переписывалась с ним многие годы, а теперь он пропал. И я здесь, чтобы разыскать его и убедиться, что всё в порядке. Ну, и повидаться.

Тимофей неожиданно затормозил и развернулся, из-за чего Оля едва не налетела на него. В нос ударил запах влажной шерсти и чего-то горьковатого, едва заметного.

Костёр. От него шёл запах палёного мяса.

— А если нет? – осведомился Тимофей с раздражением впервые за весь путь. – Если не в порядке?

Лесник, должно быть, ждал от неё полного плана действий. В его понимании Оля должна была поведать обо всех возможных исходах, которые тревога не могла не рисовать в голове, и о том, как справиться с каждым из них. Но правда оказалась такова: ей неизвестно, как быть. В голове план строился до её прибытия на место, к дому дедушки, а потом размывался до густого тумана. В лучшем случае там Оля встретит деда, они обнимутся, выяснится, что почта в их деревне решила закрыться, и они вместе посмеются над этим.

Ни разу Оля не позволила себе подумать, что может случиться иначе.

Дедушка мог уже лежать в земле. Его похоронили местные, и в лучшем случае будет возможность поговорить с крестом. А могли и не хоронить – и после инсульта или инфаркта тело продолжало лежать в доме или землянке и разлагаться. А ещё дедушка мог потеряться в лесу, утонуть в речке или вовсе пропасть без вести, раз перестал черкать весточки внучке. Она явится к запертому дому, постоит у калитки и позаглядывает в окна, а дальше?

Дальше что?

Когда Оля очнулась, Тимофей был уже далеко: медвежья шкура едва угадывалась среди сосен. Она бросилась следом, но дыхание быстро сбилось, а приблизиться хотя бы на шаг не удалось. На бегу она пыталась звать лесника, но тот будто не слышал.

— Тимофей! Тимофей, остановитесь! – охрипнув, кричала Оля, когда колени уже подгибались.

В боку нестерпимо кололо, но страх остаться в лесу одной оказался сильнее, и она продолжала передвигать ногами, пока перед глазами не начали вспыхивать искры. Тогда взгляд и зацепился за свет, сначала показавшийся лишь иллюзией, подброшенной воображением. Осталось сделать не больше десятка шагов, чтобы разглядеть его источник.

Когда Оля нашла в себе силы для этого, лес остался за спиной. Перед ней раскинулось небольшое поле, огороженное тонкой речкой. А за ней начинались дворы со старыми заборами и крашеными наличниками.