Книга Земля костяных богов. Взывающие корни, страница 77 – Александра Косталь

— Оля, а ты помнишь, зачем сюда приехала? Что искала? – не отставал Арсений, вдыхая холодный воздух и поражаясь, как много в нём пепла – до приступа кашля.

— На праздник, наверное, – улыбнулась она, подмигивая Юме. – Праздники – это же прекрасно!

— А Ошпо Аза – главный праздник на этой земле! – поддержала её девочка, переходя почти на бег. – А я должна привести всех девушек деревни на этот праздник!

Там, где она держала Олю за руку, по коже поползли синие пятна.

Ждать больше не имело смысла, и Арсений схватил Олю за капюшон, потянул к себе. Юма не удержала, и тонкое запястье выскользнуло, а сама Оля обессиленно рухнула на парня, находясь в полубреду.

— Сгинь! – только и додумался крикнуть Арсений, когда девочка с седой косой попыталась восстановить связь и наклонилась.

Теперь удалось разглядеть ещё и морщины, исполосовавшие маленькие руки.

Наверное, в таких случаях стоит молиться. Сжимать крестик, пить святую воду и молить Всевышнего, чтобы жуткое наваждение ушло. Но Арсений никогда не верил ни в бога, ни в чёрта, а потому, встретившись лицом к лицу с чем-то абсурдным, недоступным для понимания, не знал, у кого просить помощи.

В нагрудном кармане мягко грелся идол, и Арсений, не особо понимая, чем тот может помочь, выставил его перед Юмой.

— Сгинь, я сказал!

Глаза девочки налились кровью, становясь совсем жуткими. От фигурки будто исходил невидимый луч, под которым нечисть сначала сжалась, а потом и вовсе попыталась как можно плотнее завернуться в свои тряпки, упала на колени. Арсений увидел, как на открытых участках кожи поползли красные пятна, прежде чем их скрыла ткань.

— Сгинь! – воскликнул он для большего эффекта, теперь сам наступая на Юму и поддерживая начавшую приходить в себя Олю.

— Не спасёт тебя Юмо-влак! Останешься на этой земле, погребённый ею! – зашипела малявка, отползая к ближайшему дому. – Чодыра маска помнит! Чодыра маска не простил! Родной кровью заплатишь!

Оказавшись в тени, она быстрее ветра скрылась за углом. Арсений не попытался её догнать или хотя бы попытаться осмыслить ею сказанное, напротив, спрятал идола в карман и принялся трясти Олю за плечи. Глаза её были затуманены, но с каждой минутой прояснялись, а мышцы напрягались.

— Приходи в себя, давай же, – приговаривал он, сам не замечая, какое облегчение испытал, когда Оля его оттолкнула.

— Ты охренел? Руки убери!

Будто кошка, она отпрыгнула и мгновенно оказалась на ногах, посылая ему гневный взгляд. Арсений отряхнулся и тоже поднялся, без объяснений зашагал дальше по дороге, лишь мысленно радуясь, что эта истеричка снова в своём уме.

Мгновение Оля потратила на осознание произошедшего, и ему в спину донеслось:

— Это что сейчас было?

— Тварь какая-то. Не разбираюсь в этих ваших верованиях, – пожал плечами Арсений, не оборачиваясь.

Оля догнала его словом позже.

— Чуть в лапы своему богу тебя не увела. Идола испугалась, из-за которого сюрприз под дверь сегодня принесли. Обещала, что Чодыра маска отомстит.

Она нервно усмехнулась.

— Не то чтобы тебе было что терять. Ты ещё вчера на его территории топорами в деревья кидался.

— Я тоже так подумал.

На том обсуждения и стихли – каждый погрузился в свои мысли.

Они вышли на крайнюю к реке улицу и застыли, наблюдая настоящий муравейник. Жизнь здесь кипела: люди носились в разные стороны – кто тащил столы, кто раскладывал скатерти, другие же расставляли тарелки, крепили какие-то ленты на заборы. Окажись ребята в обычной деревне, решили бы, что скоро должны вернуться молодожёны из городского ЗАГСа на застолье.