Книга Госпожа предпочитает блондинов, страница 23 – Алла Матюлина

— Я бы тоже хотел иметь эту возможность, — его голос прозвучал тише, но не слабее, — узнать о вас больше.

Я замерла. Он был первым и пока единственным, кто произнес это вслух. Остальные либо остерегались, либо не считали важным.

— Но? — уточнила я, прямо-таки физически ощущая, что оно есть.

— Ваш помощник, кажется, против, — Лиар перевёл взгляд за мою спину.

Я обернулась назад. Умник стоял с видом, с которым я в школьные годы доказывала теоремы у доски.

Пришлось встать из-за стола, разорвав полог тишины, который был наложен.

— Что-то случилось? — поинтересовалась я у мужчины, хотя на первый взгляд все казалось нормальным. Кандидаты терпеливо ждут, Эдраг потихоньку седеет. Шучу, шучу, седины в этом мире попросту не существовало.

— Вы с данным кандидатом провели на тридцать четыре процента больше времени, чем с остальными, — без запинки сообщил Умник.

— Ужас, и как я сразу не заметила этого, — я скорчила соответствующую рожицу.

— Не волнуйтесь, госпожа Таня, я посчитал за вас, — Умник постучал указательным пальцем по собственному виску, совершенно не заметив в моих словах поддевки.

Я закусила губу, чтобы не рассмеяться. Конечно, Умник не обидится на меня за смех, думаю, он попросту этого не умеет. Но все же некрасиво получится, в конце концов именно я попросила его о помощи.

Я развернулась обратно к Лиару. Мужчина тоже поднялся с места, последовав моему примеру.

— Что ж, не будем перегружать вычислительные мощности моего помощника.

Лиар едва заметно склонил голову — движение вышло простым, почти привычным, как тогда, перед песней, только сейчас в нём не было ни намёка на выступление, скорее — тихая благодарность.

— Спасибо, госпожа Таня. За то, что выслушали.

Я не стала ничего говорить в ответ.

Хотя внутри мелькнуло почти невольное: это тебе спасибо.

За ощущение… чистоты, что ли. Простого и понятного.

Лиар развернулся и отошёл, не оглядываясь, и это тоже почему-то показалось правильным.

Следующие кандидаты сменяли друг друга почти без пауз.

Кто-то садился слишком прямо, будто на экзамене, и начинал отвечать ещё до того, как я заканчивала вопрос.

Кто-то, наоборот, терялся, путался в словах, цеплялся за формулировки, пытаясь угадать «правильный» ответ.

Некоторые держались уверенно, выстраивали разговор аккуратно, почти без сбоев — но за этим ощущалась заученность, как будто они уже заранее знали, что должны сказать.

Были и те, кто действительно пытался говорить честно. Останавливались, подбирали слова, сбивались, но не уходили в удобные ответы — и это чувствовалось.

Но самыми запоминающимися оказались последние двое.

Первым из этих двоих был Лей.

Он сел напротив так, будто стол, свечи и вся эта тишина были придуманы не для свидания, а лично для него — чтобы удобнее было вытянуть ноги, поймать мой взгляд и снова проверить, насколько далеко ему позволят зайти.

Короткий светлый ёжик волос, резкие скулы, тёмные глаза, слишком живые для такой выверенной обстановки. Рукава рубашки снова закатаны, на предплечьях проступают вены, на губах — та самая улыбка со щербинкой, только теперь в ней не было прежнего желания понравиться любой ценой.

— Не устали еще от душевных разговоров, госпожа Таня? — спросил он, когда началось наше время.

Вот, теперь он был собой. Наглый. Резкий. Неприятно честный.