Книга Королевская стерва, страница 105 – Алла Матюлина

— Айлин, почему?

Вопрос кронпринца не застает меня врасплох. Но выражение его лица – кажется чужим. Что теперь? Он меня презирает? Впервые в жизни мне хочется начать оправдываться, как маленькой. Это ради – него, малыша. Да, ты не ослышался, у нас будет ребенок! И я не могу допустить, чтобы ты его у меня забрал. Даже если вероятность этого – мизерная. Вдруг ты решишь, что мама-стерва не лучший вариант? Но вместо этого, я лишь и дальше держку марку, оправдывая свое звание.

— А почему нет?

Его высочество не делает и шага в мою сторону. Но мне хочется спрятаться. Мне страшнее, даже чем когда сюда ворвались пираты. Но я давлю это чувство в зародыше, когда глаза мужчины гневно сужаются.

— А если бы она воспользовалась кинжалом, как оружием? Что бы ты сказала – тогда? Если бы я – был первым, кто туда зашел? И бросок пришелся бы мне прямо в сердце?

Я хочу соврать, сказать что-то наподобие «ну и что», но язык не поворачивается. Нет, я не могу. Просто не могу. Он точно услышит в голосе фальшь. А я не могу этого допустить. Позволить ему копаться в своих мыслях и страхах. Возможно, я и дала промах со сплетницей, но это не отменяет того факта, чего меня может лишить этот влиятельный мужчина. Поэтому я просто молчу. Но порой, и молчание может быть красноречивей всяких слов.

— Знаешь, я терпел твои выходки. Мирился с твоей дерзостью, граничащей с грубостью. Я видел другие твои достоинства, поэтому позволял тебе быть той, кем ты являешься. Но сейчас…Сейчас ты меня опозорила. Унизила тем, что показала всем и каждому, что я не могу совладать не только с предательницей, но и с собственной любовницей. Я разочарован.

С этими словами, Леонард Крайзер Второй, по совместительству мой бывший любовник, отворачивается к выходу. Но перед тем, как ступить из моих апартаментов, он произносит в пустоту одну фразу. И  при этом, даже не поворачивает в мою сторону голову:

— Что бы ты знала, Светолике Совинни не суждено было дожить до своей казни.

Хлоп! И я остаюсь один на один со своей совестью. Надо же, а ведь до этого момента я даже не подозревала, что таковая имеется. Я знаю, что принц прав. По всем пунктам. Но вдруг? Вдруг предательница права? Нет, на кону стоит слишком многое, чтобы рисковать. Я машу головой в попытке забыть, навсегда вычеркнуть из головы эти воспоминания. Пусть в мыслях останутся только я и малыш! И лишь спустя несколько часов понимаю, что ничего у меня не выходит.

— Долго еще будешь жалеть себя?

— Сколько понадобится.

Родислава решила наведаться в гости определенно не вовремя. Разумеется, я не болтала повсюду о том, что со мной приключилось совсем недавно. Но и слухов хватило подруге, чтобы заявиться ко мне без предупреждения. Вот только стервочка решила, что моя хандра связана с недавним нападением, а на деле – природа моего скверного настроения крылась совсем в другом. А так, как плакаться в жилетку было совершенно не в моем духе – мне пришлось целых два часа отбиваться от нападок подруги. И лицо у меня слишком бледное – не мешало бы прогуляться на свежем воздухе, и осунулась я как-то чересчур –меня срочно надо накормить, невзирая на мое желание. И мне казалось, что у меня неплохо получается стоять на своем, но все решил случай.

— Баронесса Монтгомери, меня пропустила охрана. – На пороге апартаментов негаданно нежданно появилась главная королевская прелестница. За все время Лаура ни разу не удостоила меня своим визитом, а тут пришла и мнется, глядя в пол. Просто таки-святая простота! Я сделала незамысловатый жест рукой, обозначающий не то проходи гостья дорогая, не то не забудь закрыть за собой дверь. И, естественно, прелестница определила для себя его как «наконец-то ты пришла». Она подняла на нас с подругой свои шикарные ресницы и начала издалека, - баронесса, мне так жаль, что все это случилось с Вами…И я ощущаю досаду оттого, что мы с Вами так и не стали подругами…