Книга Найду тебя. Часть 1, страница 45 – Маша Малиновская

Пробираюсь повыше, ощущая, как на каждой ступеньке ягодицы отдают напряжением. Спасибо тебе, тренер хренов, теперь я как инвалид, даже по ступенькам нормально подняться не могу.

Практическую я всё же успеваю сделать даже раньше, чем мне нужно было по указу преподши. Ещё и Дане помочь время находится, за что он благодарит меня на перемене протеиновым батончиком с банановой начинкой, который я в долгий ящик не откладываю, а съедаю сразу. Ещё бы, я ведь не успела и чаю выпить утром, не говоря уже про поесть.

Майю я так и не нахожу. Девочки из её группы говорят, что сегодня она не появлялась, старосте отписалась, что приболела. На звонки и сообщения она мне по-прежнему не отвечает.

Ох, что же с тобой сделал этот ублюдок, Майя? Жаль, что ему Рита вчера его шары не откусила.

До самого вечера я бегаю по делам. Сначала четыре пары, потом в общаге собрание, на которое мне очень надо попасть, потому что прошлые два я пропустила из-за смен в баре, и комендантша грозилась меня поставить на выселение, потому что “очередь как в мавзолей в общежитие, будешь жить на квартире, если правила для тебя не писаны”.

Взяв сменное бельё и нужные на завтра конспекты, я едва успеваю на последний автобус, который идёт в сторону закрытого посёлка, в котором расположен дом Вяземских. Потом ещё пешком приходится пройтись минут тридцать, потому что водитель, увидев, что я остаюсь одна до конечной, решил, что он туда не едет по “техническим” причинам.

Когда я добредаю до дома Вяземского, мои ноги уже совсем отказываются идти. И я совершенно не удивлюсь, если мой неумолимый “тренер” завтра снова поднимет меня в пять утра на очередную дурацкую тренировку.

Старшие Вяземские, похоже, по-прежнему не вернулись. На кухне пахнет вкусно, наверное, Татьяна Павловна, выполнила свою работу и уже уехала. Зато Галина Натановна тут как тут.

— Явилась, — она недовольно поджимает губы, когда я вползаю в гостиную. — Выгуляешь рысь и уберись в малом спортивном зале.

Одни начальники, мать их.

— Поняла, — киваю и тащусь наверх.

Но когда подхожу к комнате Вяземского, в которой мне благосклонно выделен угол, замираю, как вкопанная. И… не знаю, что мне делать, потому что из-за его двери доносятся… женские стоны.

Внутри всё странно напрягается, желудок сжимается в комок. Я отдёргиваю руку от дверной ручки, словно обожглась.

Он там… с девушкой? Или смотрит фильмы для взрослых?

Блин, и что мне делать?

Рита тоже там? Получает невосполнимую психологическую травму, бедолага.

Скривившись, я ухожу, сожалея, что эти мерзкие звуки теперь никак не стереть из памяти.

И нет, я не ханжа. Сама пока опыта не имею, как-то не до этого было, да и не с кем, это ж любовь нужна, а у меня голова другим занята сейчас, но понимаю, что люди этим занимаются. Но, блин, услышать, как кого-то там ублажает этот ублюдок или, может, как ублажают его, я точно не мечтала.

Но делать нечего, придётся ждать, пока они там закончат. Думать о том, что мне придётся его постельное бельё менять, я совсем не хочу. Поэтому иду в малый спортивный зал, где мне следует прибраться по распоряжению Галины Натановны.

Оставляю там свой рюкзак, иду в техническую комнату, набираю воду в ведро, беру моющее и приступаю к уборке. Справляюсь как-то уж слишком быстро, вряд ли в комнате Вяземского всё завершилось. А уже вечер.