Книга Снова хочу быть твоей, страница 43 – Маша Малиновская

Глупость какая. Бред…

— На работе уже знают? — спрашиваю я тихо, боясь услышать ответ.

— Да, — Ян смотрит на меня с сожалением. — Я думаю, что скоро они начнут действовать. В частной клинике такие скандалы не любят, ты понимаешь.

Я только киваю, чувствуя, как весь мой мир рушится. Карьера. Моя профессия, в которую я вложила всё. И вот всё это на грани исчезновения из-за одного удара Руслана. Я даже не знаю, как смириться с этой мыслью.

Он не смог ударить в одно слабое место, так нашёл другое.

Подонок.

Когда я возвращаюсь домой, Сева сидит на кухне с Ромой. Сегодня он забирал его из сада.

Они разговаривают, смеются, но когда я захожу, Сева сразу замолкает. Наши взгляды встречаются, и он тут же отворачивается, продолжая что-то говорить сыну.

Всё внутри меня кричит, что я должна сказать ему, что я больше не могу держать это в себе. Ещё и после таких новостей.

Но как? Как сказать Севе о том, что я снова беременна, когда между нами такая пропасть?

Я иду в спальню, где бросаю сумку на кровать. Нервы на пределе. Завтра я, вероятно, потеряю работу.

Позже вечером, когда Рома уже спит, я тихо стою на кухне у окна. Хочется выпить вина, но об этом не может быть и речи.

Сева снова ушёл к себе раньше, чем я успела уложить Ромку.

И тут внезапно я слышу, как он выходит из комнаты и заходит на кухню. Забирает свой смартфон, который забыл здесь на столе и снова направляется к выходу.

Молчит, но я больше не могу. Нервное напряжение, страх за завтрашний день и эта беременность… всё это душит меня.

— Сева, — говорю я, голос едва слышен, но я знаю, что он меня слышит. Он останавливается в дверях, не оборачиваясь. — Мне нужно тебе сказать кое-что.

Он медленно поворачивается, и его взгляд — холодный и отстранённый.

— Что? — отвечает он, но в его тоне слышна скрытая усталость.

— Я… Я беременна, — выдыхаю я, чувствуя, как сдавливает горло, и слёзы подступают к глазам.

На секунду его лицо застывает. Глаза темнеют, но потом выражение лица становится непроницаемым, как будто он просто выключил все эмоции.

— Это сейчас? — его голос звучит сдержанно, холодно. — Или речь с опозданием в пять лет?

Наотмашь…

Я киваю, не в силах сказать что-то ещё. Мне кажется, что весь мир переворачивается в этот момент, и я боюсь, что Сева уйдёт навсегда.

— Лиза… — он тяжело вздыхает, затем отворачивается, как будто пытается переварить услышанное. — Я… не знаю, что и сказать.

— Я тоже, — пожимаю плечами. С губ рвётся неуместный нервный смешок, а потом я судорожно сглатываю.

А какой, собственно, реакции я ждала?

Что он подхватит меня на руки и закружит в танце?

Нет, конечно.

Эта беременность усложняет и так невероятно сложные отношения между нами.

Я вижу, что он хочет задать вопрос, тот самый — главный. Он во взгляде у него.

— Я не хочу делать аборт, — решаю облегчить ему задачу.

— Я тоже не хочу, чтобы ты делала аборт, — он говорит ровно, но я вижу, как его лицо немного расслабляется.

А уж насколько легче становится мне! Хотя, конечно, аборт бы мог решить проблему. Но я не хочу. Этот ребёнок не виноват в моих ошибках.

— Всё, что нужно для беременности и ребёнка — говори.

— Хорошо.

На этом разговор заканчивается, и Сева уходит в спальню, оставляя меня на кухне. Понимаю, что меня трясёт. Пытаюсь прислушаться к себе, чтобы понять, стало ли мне легче.