Книга Город веселья и злобы, страница 156 – Алексис Л. Менард

Регулус что-то неразборчиво закричал снаружи.

Я быстро приказал ближайшему ко мне магу:

— Переведи их назад, насколько сможешь, и не останавливайся, пока мы не спустимся. Остальные – наверх!

Мы были опасно близки к концу часа, но я надеялся, что веревку получится ослабить достаточно, чтобы ее не перерубила часовая стрелка и чтобы она не порвалась раньше, чем мы сможем затащить Регулуса наверх. Ступени вели к узкой лестнице. Вместе с братом мы по очереди забрались на площадку, где сверху были прицеплены пять медных колоколов разного размера.

Площадку окружали перила. Мы оба бросились к металлической стойке, на которой был подвешен Регулус, постепенно усиливая сопротивление веревки, чтобы подтянуть его вверх. Потомок Отмеченных Миртом испуганно орал, пока мы тянули его дюйм за дюймом.

— Она рвется! – завопил он.

Я перегнулся через край и сглотнул подкатившую к горлу желчь, оценивая высоту и понимая, что он прав. Веревка перетерлась там, где ее подрезала часовая стрелка.

— Сначала это может показаться странным, но доверься мне, – крикнул я ему.

Он жалобно захныкал, мои требования привели его в состояние полной беспомощности. Я вызвал ветер с помощью Следа и толкнул Регулуса в сторону, чтобы он закачался перед циферблатом, как живой маятник.

— Ты, мать твою, в своем уме, Аттано? – разнесся над городом его пронзительный вопль.

— Стой здесь, вдруг веревка на перилах развяжется, – велел я Лотару, не обращая внимания на истошные вопли. – Регулус, качание уменьшает напряжение веревки. По крайней мере… я так думаю.

Последнюю фразу я пробормотал уже себе под нос. Я никогда не был силен в естественных науках, но хотя бы мог использовать силу ветра, поддерживая его вес, пока он раскачивается из стороны в сторону. Слава всем Святым, что рядом не было никого, кто бы мог это увидеть. Как это выглядело снизу, оставалось только гадать.

Регулус качнулся вправо, почти врезавшись в стальную конструкцию сбоку. Я порывом ветра толкнул его в противоположном направлении. Перепрыгнув через перила, я ухватился правой рукой за поручень, а искусственной левой потянулся, чтобы его поймать.

Он подлетел до верхней точки, я отправил вперед последний порыв ветра, чтобы подтолкнуть его повыше, и ухватил за запястье. Надежно обхватив его руку, я схватился за перила, когда он начал падать, готовясь принять на себя весь его вес, когда он дернул меня за руку.

Регулус громко вскрикнул, ощутив толчок, но я сцепил зубы, продолжая удерживать нас обоих, пока к нам не подбежали Лотар и все остальные и не помогли мне перетащить его через край. Мы оба повалились на площадку. От зимнего ветра, яростно сопротивлявшегося моей власти над воздухом, у меня онемели лицо и рука от плеча до пальцев.

Я отдышался и медленно поднялся на ноги. Тем временем Регулусу помогли избавиться от веревки. На трясущихся руках он отполз в сторону, где его вывернуло наизнанку. Все его тело дрожало, как натянутая струна, то ли от холода, то ли от страха, то ли от того, что с ним делало Общество. Выяснить причину было не так важно, куда важнее было ее устранить.

— У нас нет времени, – резко сказал я. – Нужно возвращаться к поезду.

— Он едва на ногах держится…

— Тогда несите его!

Часы-то мы, может, и остановили, но отведенное нам время все равно выходило. Выстрелы вдалеке тоже не успокаивали.