Книга Ангелина. Проклятая сила, страница 67 – Салма Кальк

— Я подумаю, спасибо, — мысль о необходимости прокалывать кожу неизвестно чем не радовала, но — вдруг у меня будет свой нож или свои иголки?

— Ты, главное, зови, а мы поможем. Придём и объясним, что нечего к тебе заедаться, — говорит Нюта.

— Спасибо, дорогие, — я снова пытаюсь их всех обнять, но их много.

— Ты нам тоже пришлась по душе, — тихо говорит Маруся.

— Слушайте, вы всё тут знаете. Где достать огарок свечи? Чтобы не наощупь, а что-нибудь видеть.

— Да ты сама можешь, чтобы видеть, — тут же хмурится Туся. — Зачем тебе огарок?

— Не могу, ничего я не могу, — качаю головой. — Я только знаю, что если снять крест, то будет страшно всем, кто рядом, да и всё.

— Я видела, давно, когда ещё батюшка был жив. В доме-то губернатора и маги водились, там они просто руками махали или пальцами шевелили, и зажигали свет.

Я вытягиваю обе руки перед собой, и шевелю пальцами по-всякому, но без толку, ничего не происходит.

— У тебя внутри есть сила, — заявляет Стёпка.

— Наверное, ты можешь вытащить её наружу, — смеётся Нюта и машет своим фонарём, но от него не так и много света.

Я задумалась — что там у меня внутри, что я могу вытащить? А Маруся тем временем протянула мне руку.

— Подержись, потянись, вдруг получится?

Я кладу свою ладонь поверх её, и даже прикрываю глаза — послушать, что там? А там… как будто что-то внутри меня откликается. Начинает ворочаться, пробуждённое близостью неживых. Я ощущаю, как на мои плечи ложатся руки — кажется, Вари и Туси, мою вторую руку берёт Люба, Стёпка обхватывает меня, а Нюта и Верочка тоже дотягиваются и касаются. А я тянусь… что мне надо-то? Тоже дотянуться? Почувствовать?

И вдруг из той моей ладони, что держится за Марусину, выплывает наружу… небольшое серебристое щупальце. Оно тянется к Марусе и охватывает её запястье. Маруся улыбается.

— Вот, получилось, — шепчет она. — Подумай о свете, вдруг тоже выйдет?

Я задумалась о небольшом огоньке… и накончике того щупальца возникает небольшой серебристый шарик. Он отделяется и виснет в воздухе над всеми нами, и реально освещает и спальню, и нас всех и кровати, и окно.

— Ура! — орёт радостный Стёпка и подпрыгивает, — получилось!

Я пытаюсь снова… и в пальцах другой руки возникает три светящихся шарика. Мы радостно смеёмся, все, и прыгаем, и я совсем забыла, что если моих друзей слышат не все, то меня-то как раз все, и вдруг Верочка замирает и приживает палец к губам.

— Сюда кто-то идёт, сейчас отопрёт дверь, — говорит она.

Мы мигом замолкаем, и я хочу съёжиться и слиться с кроватью, и щупальце моё неожиданно втягивается в ладонь, и шарики исчезают туда же.

— Зови, — слышу я их. — Зови, Ангелина, — шёпот шелестит по всей комнате.

А я быстро забираюсь под одеяло.

И когда засов отпирают и заглядывают внутрь, то не должны увидеть ничего предосудительного. Кажется, что-то тихо говорит Ольга Зиновьевна, и кто-то ей отвечает. Но потом дверь запирают снова и шаги удаляются.

Я же ещё раз пытаюсь представить светящийся шарик на ладони, поделать, захотеть, воплотить… довольно быстро устаю и проваливаюсь в сон.

Утро наступило со словами Глафиры — подъём, мол, поторапливайся, завтрак и уроки скоро. Сегодня удалось поспать побольше, и я поднялась, поблагодарила её, подхватила шкатулку и пошла в спальню — взять умывальные принадлежности. Там на кроватях сидели ещё не одетые Тася и Маша, о чём-то разговаривали, увидели меня и тут же замолчали.