Книга Маг, сдерживающий армии, страница 11 – Aki

— Вам необходимо переодеться, — главный психолог указал на один из шкафчиков. — Форма подготовлена. У вас пятнадцать минут.

После этих слов они вышли, оставив меня одного. Но я не сомневался — за дверью стоит усиленный караул, а в помещении работают камеры и датчики. Вот только мне было всё равно. Хотят смотреть? Пусть смотрят. Я не из стеснительных. С такими мыслями я открыл указанный шкафчик.

На вешалке висела новая, пахнущая свежей тканью полевая форма офицера российской армии. Ни знаков различия, ни наград. Просто камуфляж. Рядом лежали берцы и прочее снаряжение. Я снял свой больничный комплект — простые штаны и рубашку — и стал облачаться в новую одежду. Ткань была грубой, непривычной телу. Последний раз я носил нечто подобное пятнадцать лет назад. Ощущение было странным, будто надеваешь на себя чужую кожу или, что скорее, костюм для роли, которую давно не играл.

Ровно через пятнадцать минут дверь открылась. На пороге стоял тот же генерал, что посещал меня в «апартаментах». Его взгляд быстро просканировал меня с ног до головы, и на лице на мгновение мелькнуло нечто, похожее на удовлетворение.

— Отлично. Пройдемте за мной, нас уже ждут.

Сейчас его тон был уже совсем другим. Меньше осторожности, больше командных ноток. Теперь я был не подопытным, а солдатом. Пусть и невероятно ценным.

Мы вышли из здания с другой стороны. И вот тут меня ждало то, к чему я оказался совершенно не готов.

Ослепительная вспышка. Затем, без пауз, — ещё десяток. Треск фотокамер. Гул голосов.

Передо мной, отгороженная от площади лишь тонкой полосой ограждения и цепью военных полицейских, стояла толпа журналистов. Человек пятьдесят. Они орали, перебивая друг друга, стараясь перекричать гул вертолётов, круживших где-то в небе.

— Первый! Посмотрите сюда!

— Что вы чувствуете, отправляясь на фронт?

— Правда ли, что вы единственный, кто прошёл более одного курса препарата Х?

— Скажите хоть слово для прессы!

— Прокомментируйте слова президента!

Их глаза горели смесью азарта, страха и восторга. Они видели не человека, не солдата. Они видели легенду. Миф, воплощённый в плоти. Символ надежды, который им задёшево продало правительство.

Я замер, парализованный этой внезапной атакой. После лет тишины и изоляции этот шквал звуков и света был оглушительным. Моё сердце, привыкшее биться ровно и медленно, на мгновение заколотилось в груди с бешеной скоростью. Не от страха, а от чистой сенсорной перегрузки.

Генерал, стоявший рядом, уловил моё замешательство. Он шагнул вперёд, поднял руку, и журналисты на секунду притихли.

— Первый маг готов исполнить свой долг перед Родиной! — Его голос, поставленный и громкий, легко перекрыл последние выкрики. — У него уже есть своя боевая задача. Не мешайте.

Он обернулся ко мне и тихо, так, чтобы слышали только я и ближайшие охранники, произнёс:

— Соберитесь, Первый. Улыбнитесь. Пожмите мне руку.

Он протянул ладонь. Жест был театральным, рассчитанным на камеры. Я медленно поднял руку и взял его в свою. Мои пальцы, способные смять стальной прут, сомкнулись вокруг его ладони с предельной, почти хирургической аккуратностью. Я боялся повредить хрупкие человеческие кости.

Вспышки камер снова затрещали с удвоенной силой. Этот кадр — седой, суровый генерал и молодой, с каменным лицом «Первый маг» — будет на первых полосах всех государственных газет и в топе новостных лент ещё долго. Символ единства старой гвардии и новой мощи.