Онлайн книга «Маг, запирающий страны»
|
Выбор, как всегда в его жизни, был прост. Между вероятностью и нулём. Между призрачным шансом и гарантированным концом. Он не стал искать вену наспех. Не стал нервничать, суетиться. Неспеша снял пальто, бросил его на землю, закатал рукав тонкой белой сорочки. А после, молча, с хирургической точностью приложил иглу — странно толстую, почти как у ветеринарного шприца — к сгибу локтя, где под бледной кожей чётко проступал синеватый контур вены. И медленно, с невероятным, почти нечеловеческим усилием воли, надавил на поршень. Первое ощущение — ледяной удар. Будто в вену влили не жидкость, а чистый, сжиженный космический холод. Холод, мгновенно растекающийся по руке, проникающий в грудную клетку, пробирающий до самых костей. Его уже не молодое, но всё ещё сильное сердце на миг замерло, захлёбываясь в этой ледяной волне, а потом забилось с бешеной, аритмичной частотой. Потом пришло жжение. Не метафорическое, не «как будто». Настоящее, физическое, невыносимое. Как будто его кровь внезапно превратилась в концентрированную кислоту или расплавленный свинец. Боль рванулась из точки укола, распространяясь по сосудистой сети с чудовищной, невообразимой скоростью. Он услышал собственный хрип — короткий, подавленный, вырвавшийся помимо воли. Его пальцы непроизвольно сжали пустой стеклянный цилиндр так, что тёмное, сверхпрочное стекло с тихим хрустом треснуло, рассыпавшись на мелкие, острые осколки, впившиеся в ладонь, но он этого уже не почувствовал. Он упал на колени. Крупный гравий болезненно впился в ткань дорогих шерстяных брюк. Мир перед глазами поплыл, закрутился, окрасился в сполохи багрового, фиолетового, ядовито-чёрного. Он физически чувствовал, как что-то движется внутри него. Не просто химическая реакция, не иммунный ответ… То было нечто живое, чужеродное, ужасающе сложное и чуждое. Вещество из шприца не растворялось в крови — оно захватывало её, перестраивало, переписывало код каждой клетки, с которой соприкасалось, заставляя её делиться, мутировать и умирать в бешеном танце перерождения. Кости начали гореть изнутри белым, беззвучным пламенем. Мышцы дёргались в хаотичных судорогах, не подчиняясь больше приказам мозга. Лёгкие отказались вдыхать — организм был занят более важной работой. Где-то рядом кричали агенты, кто-то бежал к нему, он видел их размытые, искажённые силуэты, слышал искажённые, как из-под воды, голоса: — Шеф! Иван Сергеевич! Что случилось? Медика сюда! Но это было уже неважно. Весь его мир, все его легендарные амбиции и расчёты сузились до размеров внутреннего ада — титанической войны между его умирающей человеческой биологией и новой, насильственно внедряемой, чудовищной формой бытия. В его сознании, ещё на миг сохранившем кристальную ясность, вспыхнули последние, отчётливые, лишённые уже даже намёка на эмоции мысли. Просто итоговый, машинный отчёт системы «Иван Сергеевич» перед её полным отключением или перезагрузкой. Протокол «Феникс» активирован. Начало трансмутации. Стадия 1. Вероятность успешного завершения: 11,8 %. Вероятность потери исходной идентичности: 94,3 %. Альтернативный исход: нулевая. Выбор подтверждён. Исполнение… Мысль оборвалась на полуслове. Боль достигла своего пика, превратившись во всепоглощающее НИЧТО, в ослепительный белый шум тотального уничтожения и созидания. Его зрение погасло, растворилось в светящемся тумане. Слух отключился, утонув в рокоте собственной перестраивающейся крови. Тактильные ощущения исчезли — тело перестало быть его телом. |