Книга Маг, запирающий страны, страница 28 – Aki

Парень выбросил вперёд руки. Из его ладоней рванулся язык бледного, чахлого пламени — остатки силы, выжатые из истощённого организма. Оно ударило меня в грудь и… потухло, поглощённое моим сиянием, как спичка, брошенная в океан.

Девушка взревела. Её телекинез схватил обломок бетонной колонны, валявшийся неподалёку, и швырнул его. Глыба, весом в полтонны, полетела прямо в меня

Я даже не пошевелился. Просто посмотрел на летящий камень и мысленно отдал приказ окружающей мане.

И камень остановился в метре от моего лица. Завис в воздухе, словно насекомое в янтаре. А потом медленно, с тихим скрежетом, рассыпался в песок, который мягко осел на полу.

Я чувствовал их страх. Их ярость. Их отчаянную, безумную решимость защитить это последнее убежище. И во мне не было злости на них. Была… усталость. И лёгкое раздражение. Как от комаров, жужжащих над ухом.

Хватит.

Мысль была тихой, но обладала силой приказа.

Я снова поднял руку. Не потому что этот жест был для меня важен. Для концентрации.

И уплотнил магическое поле вокруг себя.

Воздух на станции загустел. Потом засветился. Сначала едва заметным золотистым свечением, потом ставшем ярче, плотнее. Воздух стал тягучим, как мёд, и люди, пытавшиеся бежать или броситься в атаку, замедлились, словно попав в воду…

Я сжал поле.

Золотой свет вспыхнул, превратившись в твёрдую, прозрачную субстанцию. В идеальный, сияющий янтарь, заполнивший всё пространство станции.

И все — каждый человек, каждая тень, каждое движение — застыли.

Застыли в момент паники, броска, крика, молитвы. Люди были словно доисторические ископаемые вморожены в золотую, светящуюся смолу. Они не могли пошевелить ни пальцем. Не могли моргнуть. Только их глаза — полные немого, абсолютного ужаса — двигались, следя за моей сияющей фигурой, медленно идущей среди них.

Тишина вернулась. Теперь она была абсолютной, гнетущей, звенящей.

Я шёл по залу, мои золотые глаза спокойно скользили по застывшим лицам. Я искал.

Кто здесь старший? Кто держит в голове хоть какую-то картинку происходящего?

Я снова почувствовал всплески мыслей, отчаянные, хаотичные. Мольбы к Богу. Проклятия. Детский плач, звучащий в неокрепшей психике.

И один — более упорядоченный поток. Не спокойный. Нет. Насквозь пропитанный ужасом и болью. Но в нём была… какая-то ответственность. И воля.

Я остановился перед застывшей фигурой. Пожилой мужчина, в потрёпанной, грязной форме со знаками МЧС. На лице — сажа, кровь, морщины. Он прижимал к себе маленькую девочку, закрывая её своим телом. В его застывших глазах читалась не паника, а решимость «Уберечь» её.

Я коснулся пальцем пространства перед лицом мужчины. Золотой «янтарь» вокруг него тут же растаял, и мужчина рухнул на колени, судорожно обхватывая девочку, которая тут же зарыдала. Он поднял голову, глядя на меня глазами, в которых смешались ненависть, отчаяние и капля безумной надежды.

Я «отпустил» ещё двух людей — тех самых магов, брата и сестру. Они также упали, хватая ртом воздух. Их магический потенциал был всё также полностью подавлен моим полем.

— Кто здесь старший? — ровно и демонстративно спокойно спросил я.

Мужчина в форме МЧС поднялся, всё ещё прижимая к себе девочку.

— Я… Борис Николаевич. Начальник смены на этой станции. — Голос его был хриплым, надтреснутым, но он держался. — Кто вы? Что вы такое?