Книга Маг, запирающий страны, страница 40 – Aki

Мысли лихорадочно бегали и путались, разум, бодрствующий уже более суток, постепенно утрачивал свои когнитивные функции.

Магический выброс «Омега-Плюс»… Такого уровня не было даже у него в Карпатах. Что может производить такую энергию после ядерных взрывов? Остатки магической инфраструктуры? Нет, всё испарено… Саморазгоняющаяся реакция в заражённой мане? Возможно… Или… или кто-то из магов мутировал под действием жёсткого излучения? В отчётах магических программ было что-то о резонансе магических и радиационных частиц…

И тут он вспомнил. Последние данные с «Жука». Не только визуальные. Были и снимки в магическом спектре, сделанные перед смертью робота. На них, в центре чёрной пустоши, едва различимо, виднелось… свечение. Слабое, аномальное, не похожее на остаточную радиацию. Он тогда списал это на помехи, на смерть датчиков. Но… а что если нет?

Невозможно, — отрезал внутренний скептик. — Ничто не способно выжить в том пекле. Ничто материальное.

Но что, если оно перестало быть материальным…?

Холодный пот выступил у него на спине. Он спешно отверг эту мысль. Слишком фантастично. Слишком страшно.

Внезапно свет в ситуационном центре дрогнул. Не погас, а именно дрогнул, стал на мгновение тусклее. Одновременно из динамиков раздался нарастающий, низкочастотный гул, проникающий сквозь толщу скалы. Пол под ногами слегка задрожал. С потолка посыпалась мелкая пыль. Освещение сменилось на аварийное и окружающие лица окрасились в багровые тона баззеров боевой тревоги.

— Сейсмическая активность нарастает! — крикнул Петрович от своего терминала. — Но это не ударная волна! Это… вибрация! Словно сверху гигантский отбойный молоток!

Тут же внутрь вбежал Орлов, его лицо было искажено непониманием.

— Полковник! Маги-укрепители докладывают… они чувствуют, как внешние барьеры… натягиваются. Как будто на них давит не взрыв, а… вес. Огромный, распределённый вес! Они докладывают о внешнем магическом воздействии чрезвычайной мощности!

Что?

Климов не понимал. Ядерный взрыв создаёт ударную волну, импульс, но никак не постоянное давление. Что происходит?

И в этот самый момент, когда хаос в зале достиг своего пика, а разум Климова лихорадочно искал объяснение среди самых кошмарных вариантов, это случилось.

Прямо в центре ситуационного центра, в метре над столом, из-за которого только что раздавались приказы, воздух… пошёл волнами.

Огромный бункер заполнился мелкой вибрацией, от которой заныли зубы и задрожали стёкла на мониторах. Пыль в луче прожекторов закружилась, собравшись в странную, медленную воронку.

И пару секунд спустя из пустоты над столом, прямо из потолочных панелей, плавно, беззвучно, появилась фигура.

Сияющая.

Это было не игрой света. Это было золотое свечение, принявшее человеческую форму. А вскоре оно стало молодым мужчиной в тёмной, простой одежде, с чёрными волосами. И с лицом, которое Климов видел только на самых первых, засекреченных фотографиях из архива проекта «Маг». Лицо снайпера, каким он был до первой инъекции. Лицо призрака, которого он уже считал мёртвым.

Но теперь на этом лице были совершенно иные глаза… Глаза не человека. Это были два холодных, бездонных пятна золотого сияния. В них не было ни зрачков, ни белка. Только свет. И этот свет озарял собой весь зал, отбрасывая резкие, чёрные тени, заставляя людей зажмуриться и отшатнуться.