Книга Приключения Иоганна Мекленбургского, страница 523 – Иван Оченков

— И достался же этакому мерзавцу такой бриллиант! Но ничего, долго это не продлится. Карл Юхан давно заслужил виселицу и скоро с ней познакомится.

— Ваше величество, могу я просить о вашем снисхождении к этому человеку?

— Проклятье! Откуда у тебя такие идеи?

— Ну… – замялся фон Гершов в ответ.

— Лелик, посмотри мне в глаза!

— Государь, я просто не хочу, чтобы…

— Прекрасные глаза Регины Аделаиды стали печальными, так?

— Да, – обреченно мотнул головой командир моей гвардии, – но как вы догадались?

— О боже… Парень, да ты же самый близкий мне человек, я тебя насквозь вижу… Ладно, глаза у тебя сейчас, как у Болека тогда…

— Ваше величество, я никогда не предам вас!

— Не сомневаюсь, дружище, но, по-моему, ты собираешься предать себя и эту славную девушку.

— Почему вы так говорите?

— Святые угодники! Скажи мне, велики ли твои шансы, если Карл Юхан останется жив?

— Я не хочу и не могу получать преимущество таким образом!

— Вот как? Похоже, ты серьезно увлекся, раз совсем не думаешь о себе. Но попробуй взглянуть на дело с другой стороны. Мы ведь с тобой прекрасно знаем, что за человек этот граф Юленшерна. Скажи мне, хорошо ли будет, если Регина Аделаида достанется этому негодяю? Не хочешь думать о себе, побеспокойся хотя бы о ней! Ладно, пошли навестим нашего заключенного.

Всякий орденский замок в свое время задумывался не только как военное укрепление, но и как тюрьма для непокорных. Рижский не был исключением, и потому в нем не было недостатка в специальных помещениях. В одном из них, более-менее светлом, и располагался Карл Юхан. Очевидно, эта комната изначально предназначалась для содержания важных персон, и минимальный комфорт в ней наличествовал. Молодой ярл лежал на кровати с перевязанным горлом и слушал, как его невеста читает ему довольно увесистую книгу. При нашем появлении девушка поднялась и, подойдя к изголовью своего подопечного, склонилась в реверансе.

— Рад видеть вас в добром здравии, фройляйн, – поприветствовал я Регину Аделаиду, игнорируя ее жениха.

— Здравствуйте, ваше величество.

— Славная нынче погодка, не находите? Право, чем сидеть взаперти, лучше бы прогулялись по свежему воздуху.

— Благодарю вас, но я не могу оставить бедного господина Юленшерну.

Я отметил про себя, что девушка не назвала своего подопечного по имени или женихом, стало быть, особой близости между ними нет.

— Бедный господин Юленшерна, – проговорил я, упирая на слово «бедный», – сам выбрал свою судьбу и последует по ней без вашей помощи.

— Не будьте столь жестокосердны! – горячо воскликнула девушка. – Любой брат вступился бы за честь своей сестры в подобной ситуации.

— Что, простите?..

Юная фройляйн прикусила губу после своих слов, а Карл Юхан, отчаянно вытаращив глаза, пытался что-то сказать, но из его горла вырывались лишь хрипы.

— Незачем так кричать, мой друг, – соизволил я обратить внимание на заключенного, – здесь нет глухих! Не знаю, что и, самое главное, как вы рассказали госпоже Буксгевден о наших взаимоотношениях, но с удовольствием бы послушал эту историю.

На лице Карла Юхана было написано: «Хрен вы от меня что узнаете!», – а его невеста плотно сжала губы и смотрела в сторону. Обойдя вокруг кровати, я увидел грифельную доску, вроде тех, что используют школяры. В моей голове тут же мелькнуло подозрение, и я, сделав шаг вперед, схватил Карла Юхана за руку. Как и следовало ожидать, пальцы его были испачканы во время написания очередного пасквиля.