Книга Спасение души несчастного. Том 1, страница 133 – Лин Няннян

Го Бохай понимал, что здесь, в горном массиве, они могут наткнуться на большие проблемы. Однако, поразмыслив и вспомнив, что в хребте Тяньшань не заточали ни одного демона, он успокоил себя.

Сянцзян же считал, что опасность есть. Как минимум в таком месте он не знал, чего ожидать от бывшего небожителя, которого сопровождал. Выбраться на поверхность все еще можно было с помощью заклинания демона Тьмы. Однако когда Го Бохай поднялся на ноги, то был убежден: они могут спокойно пойти скалистыми коридорами и рано или поздно точно достигнут погребенного храма Тяньтань.

Сянцзян, в свою очередь, предложил:

— Тогда нам нужен огонь, чтобы хоть что-то видеть на своем пути…

Го Бохай молча застыл на месте: он вспомнил, что не взял с собой ни факела, ни масла, ни розжига. Сянцзян не сдержался:

— Как ты собирался вообще идти сюда, если ничего с собой не взял? Если память мне не изменяет, ты не повелитель огня и не можешь сотворять пламя, а я не заклинатель! Скажи, что заготовил хоть что-то, хоть один амулет, что облегчил бы нам путь?

На лице Го Бохая мелькнула неестественная улыбка.

— Не верится! – возмутился Сянцзян и в облике птицы юркнул куда-то в темень.

Он быстро вернулся обратно, бросив Го Бохаю под ноги пару облепленных снегом веток, и принял человеческий облик. Затем начал ходить по пещере, что-то выискивая.

— Что ты делаешь? – поинтересовался Го Бохай.

Без капли энтузиазма в голосе Сянцзян пробурчал:

— Ищу камень, от которого можно получить искру, и, если я найду камень огня, можешь считать, что твои молитвы были услышаны.

Го Бохай слегка усмехнулся: это ж сколько уже лет ворчуну, что он все еще продолжает звать кремень камнем огня? Он поинтересовался:

— А ты разве не можешь принять облик животного, что сможет дать нам этот огонь?

Сянцзян вздохнул:

— Смотрю, за двести лет наших общих скитаний ты действительно растерял свои бессмертные знания и тронулся умом. Я могу лишь принимать облик. От того, что я приму облик маленького дракончика, извергать пламя не стану!

— Так, значит, ты притворщик…

Видимо, Сянцзян не раз сам себя так называл, раз никакой реакции не последовало. Он подошел к Го Бохаю, подкидывая в руках камушек:

— Уважаемый, смотрите-ка! – он поднял две обледеневшие палки с земли и начал бить ими о стену, чтобы избавиться от остатков снега. – Не помолитесь ли вы еще, чтобы эти два сучка быстрее высохли?

Но, как всегда, шутки этого демона были смешны только ему. Го Бохай лишь приподнял бровь и молча посмотрел на него. Вдруг Сянцзян опустился на одно колено, откинул меховой плащ наставника в сторону и со словами «вам, милый друг, снежок с сапог да одежды стряхнуть бы, того и глядите закоченеете» оторвал с подола узкий лоскут ткани. Го Бохай аж отскочил в сторону:

— Ты что творишь?!

Но демон лишь спокойно обмотал ветку тканью. За последний десяток лет довольно размеренной жизни в роли наставника Го Бохай как-то быстро отвык от выходок этого демона. Сянцзян словно не знал о существовании культурного общения, как не знал и того, что перед тем, как что-либо предпринять, желательно бы предупредить об этом человека. Демон Тьмы порой являл миру такие выходки, что забыть их было просто невозможно. Так, однажды на рынке Сянцзян чуть не вступил в драку с мимо проходящей женщиной. И только потому, что той не понравилось украшение на его лбу в виде красной печати. Эта женщина, к слову, тоже была не голубых кровей и бранилась, как блудницы из домов развлечений. И все же Сянцзяну стоило просто проигнорировать ее пустые нападки. В подобных ситуациях он становился похожим на кипящее масло, в которое плеснули воды. В тот же вечер произошло удивительное совпадение: в город пришли несколько монахинь, которые силой забрали женщину-срамословницу к себе в монастырь. Не стоило и гадать, чьих рук это было дело, поскольку этот демон лично пришел поглумиться над бедняжкой.