Книга Спасение души несчастного. Том 1, страница 178 – Лин Няннян

Но стоило ему потянуться к поясу, чтобы достать мешочек с монетами, женщина его остановила. Она взяла У Чана за ладонь и мягко похлопала по ней второй рукой.

— Мои гадания бесценны, они не стоят смертных денег. Куда бы я ни пришла, мне всё дают бесплатно, поэтому Му Юйбао ни в чем не нуждается. А вот то, что останется после вас, когда вы вознесетесь, будет дорого стоить.

Женщина улыбнулась, не отводя свой пристальный взгляд от У Чана. Морщинистые губы пожилой дамы, из-за которых виднелось отсутствие передних зубов, в совокупности с диким блеском в глазах нагоняли жути.

У Чан поинтересовался:

— Но тогда как с вами расплачиваются те, кто не собирается стать богами?

— Оставляют что-то ценное для них, – женщина выпустила ладонь наследника из рук и пояснила: – Сейчас я вижу, что у вас нет при себе ничего, что бы меня заинтересовало, поэтому вы можете расплатиться лишь частичкой себя. После того как вы вознесетесь, я помещу ваши локоны на алтарь и буду вам молиться – так вы точно услышите мои просьбы.

У Чан недовольно поморщился, и она вновь заговорила:

— Если молодой господин задумался о важных вещах, которые он может мне принести, то не спешите. Я сама за вас отвечу, – она показала два морщинистых пальца. – Сейчас у вас с собой два дорогих вам дара: меч и письмо. Вы действительно хотите что-либо из этого мне преподнести?

Мэн Чао и Ба Циншан взглянули на У Чана, который застыл в удивлении.

— Н-нет, – ответил он и в тот же миг отрезал серебристый локон ножницами со стола.

Другие последовали его примеру и тоже отрезали от своих волос по пряди. Мэн Чао уточнил:

— А что оставила вам дева Луань?

— Как и вы, локон, – женщина довольно потрясла мешочком с надписью «Луань Чуньхуа» и, хихикая, спрятала все мешочки под столом. – Ну, начнем! Перед вами, молодые люди, дощечки из черепашьего панциря. Каждый должен выбрать по одной, а после положить вот в эти бронзовые чаши, чтобы они прогорели, – договорив, женщина поставила на стол все необходимое. Юноши заглянули в емкости, на дне которых, потрескивая, тлели угли.

У Чан уточнил:

— Но тогда дощечки полностью сгорят.

— Нет-нет. – Женщина пододвинула наполненные жаром чаши ближе к будущим богам. – Кладете и ждете. Когда на панцире начнут появляться трещины, я их выну и загляну в судьбу каждого.

Все трое, сомневаясь, проделали то, о чем попросила гадалка. У Чан последним бросил в угли дощечку, но внезапно, как только черепаший панцирь вспыхнул ярким пламенем, его охватила паника. Тетушка потянулась к его чаше, и мысль о том, что она может узнать лишнего, взяла верх над наследником. У Чан аккуратно накрыл емкость перед собой ладонью, пододвинул к себе и произнес:

— Тетушка Му, еще рано, давайте… давайте я буду последним?

Пока она будет предсказывать будущее другим, думалось У Чану, выбранная им дощечка дотлеет. Тогда, если повезет, предсказательница не увидит самого важного – происхождения Го Бохая. Если кто-то узнает, что наставник наследника как-то связан с демонами или сам является таковым, на этом не то что прервется начавшийся путь будущего бога – весь клан У и даже весь Север ждет несмываемый позор. В его голове воцарился хаос: а что станет с самим Го Бохаем, когда скопище солдат и заклинателей Поднебесной окружат его? Получается, не желая того сам, ученик станет виновником бед, которые свалятся на голову учителю, даже если тот и не окажется нечестивцем…