Книга Спасение души несчастного. Том 2, страница 69 – Лин Няннян

Перед самым отправлением Сянцзян наигранно капризничал в свойственной ему манере:

— Так и скажи, что не желаешь видеть мою персону столь долгое время. Зачем юлить? Ты для меня тоже не написанная великим мастером картина, которую хочется лицезреть бесконечно. Составлю компанию маленькому господину, с ним-то у меня найдутся темы для вековых бесед!

Как раз в этот момент к ним подошел У Чан, переключив внимание наставника на себя. Го Бохай держался достойно, когда обратился к Сянцзяну:

— Тебе воспрещено оставаться наедине с моим учеником.

У Чан обомлел: он впервые услышал подобное высказывание наставника, и неожиданное чувство гордости заиграло в нем. Дело было не в том, что Го Бохай обозначил его «учеником». За свои уже полных шестнадцать лет он неоднократно слышал из разных уст, в том числе и от учителя: «этот воспитанник», «ученик», «молодой господин У», «юный наследник». Но еще ни разу не слышал, как этот уважаемый человек говорит: «мой», «это мой ученик», «мой воспитанник».

— Приглядывая за своим воспитанником и не спуская глаз с меня, не боишься заработать косоглазие?

Го Бохай ничего не ответил, и у Сянцзяна создалось впечатление, будто бы его слова отскочили от упрямца как от стены.

— Вы только гляньте! – живо и с притворным удивлением произнес демон, из-за чего У Чан не удержался и направил свой взор на него. Добившись нужной реакции, Сянцзян продолжил: – Разве маленький господин не хотел бы позадавать мне всякого рода вопросы? Например, как долго эти достопочтенные знакомы… – Как и ожидал демон, глаза Го Бохая округлились. – Ой, а я только сейчас заметил! Наш маленький господин уже не такой маленький: того и гляди скоро во всем превзойдет своего учителя! Особенно в росте…

Казалось бы, что несет этот нечестивец, перепрыгивая с темы на тему, как обезьяна с ветки на ветку? Однако у него был замысел. Сянцзяну всего лишь требовалось, чтобы оценивающий свой рост У Чан взглянул на учителя, а Го Бохай прочел в этих больших глазах цвета глубокой ночи страстное желание узнать больше об упомянутом знакомстве.

Сянцзян был вне себя от восторга, когда два человека перед ним, как его личные марионетки, и правда посмотрели друг на друга. Взгляд переступившего через нежелание Го Бохая полоснул демона.

— Хорошо, ты… можешь поехать со мной и не добираться своим ходом, – произнес наставник.

Однако Сянцзян вмиг переобулся из волка в козу, ту самую, которую не стоит оставлять на одном берегу с капустой.

— Вот уж спасибо! Теперь я желаю поехать с маленьким господином, все же он меньше, чем ты, плюется от идеи находиться со мной в одной повозке. Не правда ли?

У Чан приоткрыл рот, желая уличить демона во лжи: все же до этого наследник еще ни слова не сказал, с кем он хотел бы поехать, а с кем точно нет. Го Бохай, усмехнувшись, спросил:

— У Чан, хочешь поехать со мной? Это не совсем соответствует правилам, но лучше мы предоставим этому неугомонному целую повозку, нежели кто-то из нас всю дорогу будет страдать от его общества.

Хоть и наигранная, но ухмылка застыла на лице Сянцзяна, а после с концами пропала. Теперь он выглядел тем самым безразличным ко всему демоном, каким его знали. Молодой господин У не успел застать это мгновение. Не отрывая поднятого на фигуру в белом взгляда, он согласился.