Книга Дар смерти, страница 203 – Анна Трисс

— Не было повода.

— Безусловно, но все равно. – Его низкий голос прозвучал тише, словно он собирался ей в чем-то признаться. – Мне очень нравится эта музыка.

Эти слова достигли ушей и отдались эхом внизу живота доннианки, которая сжала бедра по обе стороны седла.

Боги, она была в постоянном напряжении в его присутствии. Панама закрыла глаза. Она внезапно спросила себя, каково это – почувствовать, как таинственная твердая часть его тела проникает в нее, ощутить, как его губы скользят по ее коже, а сильные руки сжимают грудь. «Остановись! – приказала она себе с пылающими щеками, открывая глаза. – Он не для тебя, и в любом случае ты его совсем не интересуешь. Ты только делаешь себе больно!» Впрочем, ее наставник уже переключился на другое: он смотрел на облака, окрашенные в яркие цвета, над их головами. Случалось ли ему время от времени думать о своей богине-матери? Не проходило ни дня, чтобы Панама не вспоминала Талию и Горгона.

— Вот еще одно упражнение, – продолжил Хамар, нарушив затянувшееся молчание. – Благодаря фальшивому приглашению тебе удается проникнуть на светскую вечеринку, организованную твоей целью в роскошном защищенном жилище. Твоя богатая цель общается с многочисленными гостями, но телохранители не отходят от нее ни на шаг. Ты не смогла пронести с собой никакого оружия, и ты также не можешь воспользоваться небесным даром. Никаких сопутствующих жертв не допускается. Какие твои действия в данных обстоятельствах?

— Я попрошу цель о личном разговоре и отведу ее в сторонку, чтобы убить.

— Уточняю условия, ученица. Твоя цель тебя не знает и передвигается только в присутствии телохранителей. Она недоверчива вплоть до паранойи. Если это мужчина, соблазнить его невозможно: он любит свою жену и верен ей.

— Я отравлю его бокал с вином…

— Повторяю: твоя цель – параноик. У нее есть свой дегустатор.

Панама ломала себе голову над предложенной проблемой.

— Я устрою диверсию? – неуверенно предположила она.

— Продолжай, – подбодрил ее наставник.

— Я устрою диверсию, чтобы увести цель подальше, отделю ее от гостей и телохранителей. Если моя цель – мужчина, я говорю ему, что его жена прямо сейчас ему изменяет со слугой в спальне на втором этаже. Если речь идет о женщине, делаю вид, что напилась, толкаю ее и выплескиваю вино на ее красивое дорогое платье.

— Как ты убьешь цель, после того как изолируешь ее?

— Я сломаю ей шейные позвонки, спрячу труп в шкафу, после чего убегу через окно или черный ход.

— На самом деле, это вариант. Менее зрелищный и более рискованный, чем тот, что я имел в виду.

— И что бы ты сделал?

— Я бы взял на кухне нож, переодевшись в слугу, спровоцировал бы драку, столкнув двух гостей друг с другом, и растворился бы в возникшей неразберихе, чтобы незаметно пырнуть ножом в спину цель, пока телохранители будут разнимать нарушителей спокойствия. После чего воспользовался бы всеобщей паникой, чтобы уйти, попутно избавившись от компрометирующего ножа.

— Твой план, похоже, с большей вероятностью приведет к лишним жертвам, чем мой.

— Я не утверждаю, что моя идея лучше. Каждый убийца готовит задание, исходя из своего инстинкта, опыта и темперамента.

— На самом деле идеального преступления не существует.

— Идеал – понятие субъективное. Оно зависит от твоего уровня требовательности. Идеальное преступление возможно… если бы я потратил все свое время на его планирование в мельчайших деталях.