Книга Дар смерти, страница 67 – Анна Трисс

— Молодец, малышка! Ты мне нравишься. – Он сунул чешуйку в руку девочки, которая просто светилась от счастья. – Вот, держи.

— Джон, – небрежно позвал Хамар.

— Жнец?

— Ты мне должен пятьдесят скептрионов.

* * *

Прошел месяц с тех пор, как Панаму приняли в Гильдию теней.

Благодаря интенсивным занятиям Джериса Таргама рыжеволосая девочка все лучше говорила на эльфийском языке и получила первые базовые знания континентального языка. Теперь она понимала большую часть того, что ее товарищи обсуждали между собой. При этом она еще с трудом строила более сложные фразы и неправильно произносила некоторые слоги. Как следствие, ребята постоянно смеялись над ее акцентом, но Жнец был в целом доволен ее прогрессом, и Панама даже начала присутствовать на некоторых его теоретических уроках.

Она то и дело просила Жнеца разрешить ей участвовать в практических занятиях – с тех пор как она одержала победу во время тренировочного штурма у Джоннаса, ее наставник не позволял ей повторять такие подвиги – и в итоге добилась своего. Сегодня она наконец сможет принять участие в рукопашном бою под наблюдением Лиама. Хамар считал, что ей сначала нужно научиться ловко двигаться, уходить от атак и использовать свои природные данные, прежде чем браться за меч, пусть даже деревянный.

Возбужденная, словно блоха, маленькая доннианка бегом помчалась в оружейную, примыкавшую к амфитеатру. Теперь, когда она прекрасно ориентировалась в подземелье, Винсу больше не приходилось ее сопровождать в малейших передвижениях.

Остальные ученики уже были в сборе, поскольку Вихрь, как и его сестра-близнец, не терпели опозданий на свои занятия. Последним прибывшим был как раз Хамар, который хотел посмотреть, как справится его подопечная. Он устроился в сторонке, чтобы не мешать ходу урока. Испытывая безумное счастье от того, что он оставил свою работу с документами, чтобы посмотреть ее в деле, Панама одарила его ослепительной улыбкой, на которую Верховный мастер не соизволил ответить. Он казался сегодня каким-то молчаливым. Немного расстроенная его безразличием, девочка повернулась к Лиаму, раздававшему первые указания на эльфийском.

— Сегодня вы разделитесь на пары, ученик против рекрута, чтобы самые слабые изучали технику сильнейших. Не вздыхай, Дженкинс, ты тоже когда-то был рекрутом. За это пойдешь тренироваться с новенькой. И я не желаю слышать никаких возражений! Но перед этим – двадцатиминутная разминка и разогрев на мешках с песком. Вперед, и чтобы стены дрожали!

После упражнений на растяжку Панама и Винс встретились возле одного из мешков, подвешенных к потолку. Юный эльфид руками удерживал мешок на месте, в то время как Панама беспорядочно колотила по нему со всей яростью, на которую была способна. На другом конце зала Дженкинс с друзьями смеялись над ее усилиями, показывая на нее пальцем. Брат ее куратора делал вид, что взлетает, размахивая руками, напоминая о придуманном им прозвище «драконица-альбиноска». Он до сих пор не смирился с тем, что она выиграла «его» серебряную чешуйку месяц назад; ему казалось, что она украла у него победу. Панама была почти рада возможности свести с ним счеты в рукопашном бою. Она не собиралась спускать ему с рук его бесцеремонное поведение.

— Побереги силы, Панама! – посоветовал ей Винс. – Ты напрасно тратишь энергию!