Книга Когда белые древа перестанут цвести. Том первый, страница 70 – Шань Фэн

Также два подсвечника и небольшая курильница стояли рядом с наставником. Из курильницы вился тонкий дымок, наполнявший комнату мягким ароматом. В столь расслабляющей обстановке тревога Люи сразу же стала отступать.

— Наставник Цзян, – юноша поклонился ему прежде, чем сесть на ковёр напротив учителя. Дверь сзади с тихим стуком захлопнулась.

Некоторое время Цзян Ду молча рассматривал сидящего перед ним ученика, склонив голову набок и подперев щёку двумя пальцами.

— Начнём? – наконец произнёс он глухим голосом, и Люи подумал, зачем спрашивать, если других вариантов всё равно нет.

Пальцы наставника аккуратно коснулись циня, и Люи медленно погрузился во мрак под пристальным взором тёмных глаз.

Долгое время вокруг не было ничего – лишь мягкая бесцветная среда, но внезапно её покой разорвало настойчивое прикосновение, будто кто-то пытался засунуть что-то Люи в живот.

Юноша отшатнулся и только тогда понял, что это не физическое ощущение.

— Почему ты не хочешь? – услышал Люи властный голос глубоко в голове. – Ты… поглотить…

Вслед за этим тело его свело судорогой, и из него в разные стороны выбросило едва приметные волны света. Внутри остался муторный неприятный осадок, будто то, что юноше пытались скормить, было полно ярости и отчаяния. Он совершенно точно не желал это поглощать!

В ответ на сопротивление Люи внутри его тела вытянулся росток, больше похожий на корень, затем ещё один, и ещё – пока из них не образовалась мелкая сеть.

Мягкая среда вокруг сделалась агрессивной, в воздухе запахло опасностью.

— …ради тебя! – услышал Люи очередные обрывки фраз, словно всколыхнувшихся на воде. – … сильнее. Тогда никто…

Желая отодвинуться от этого изматывающего властного голоса как можно дальше, Люи попытался отползти прочь, но его схватили за горло нечеловечески мощной рукой, а потом ударили кулаком в живот. Однако вместо боли он ощутил, как что-то проникло вглубь его внутренностей. Силясь отбиться от этого ощущения, он царапался и брыкался так, будто от этого зависела его жизнь.

Люи накрыла смесь из дикого ужаса, сожаления и болезненной привязанности по отношению к тому, кто стоял перед ним. Но все эти чувства казались такими далёкими, словно принаджлежали не ему, а кому-то другому.

«Не стану, я ни за что не стану!» – подобно раненой птице, билась в его голове лишь одна мысль.

Когда юноша пришёл в себя, то обнаружил, что его желудок содрогался от спазмов, а его содержимое живописно разливалось по дорогостоящему ковру. Отпрянув назад, Люи уставился на наставника Цзяна, стоявшего перед ним со сломанным цинем в руках. Судя по выражению на лице мужчины, в комнате только что произошло нечто непредвиденное. Оглядевшись, Люи увидел, что половина подсвечников была разбросана по полу, а в одной из колонн виднелась вмятина.

Не успел он сообразить, что к чему, как в комнату вбежали несколько незнакомых человек и соученики Люи. Первые метнулись к наставнику, вторые столпились у дверей, что-то взбудораженно обсуждая. И те, и другие смотрели на него округлившимися глазами.

Люи скрутило новым приступом тошноты, но на этот раз из желудка ничего не вышло. Тогда он повалился на спину и ощутил невероятную слабость во всём теле. Юноше никак не удавалось отдышаться, всего его покрыла испарина, и он не мог понять, трясло ли его на самом деле или только казалось, ведь тело стало настолько тяжёлым, что не получалось шевельнуть ни рукой, ни ногой.