Книга Когда белые древа перестанут цвести. Том первый, страница 73 – Шань Фэн

— Мне ничего не нужно, – Яо Юнь остановила его поспешным жестом. – Когда я отдохну, всё пройдёт.

— Как скажет молодая госпожа, – поклонившись, участливый слуга засеменил дальше, и Яо Юнь ничего не осталось, кроме как, бросив последний взгляд на лежавшее на земле бездыханное тело, отправиться следом.

Она знала, что этому призраку нельзя помочь. Некоторые из них были обречены воспроизводить ситуацию своей гибели бессчётное количество раз – здесь сколько ни обращайся к проводнику, он не мог ничего поделать.

По опыту матери, сошедшей из-за этих способностей с ума, Яо Юнь помнила многие вещи, связанные с работой проводника. Например, они никогда не жили долго. Мир мёртвых так манил этих людей, что они отправлялись туда преждевременно, чтобы быть с теми, среди кого нашли себе место. Как ни посмотри, мир живых всегда противился людям с чутким восприятием, которые могли видеть и слышать больше других. Если, конечно, у тех не доставало соображения молчать.

Хотя, нет. Был один человек, которых на её памяти пережил даже тех, у кого не было способностей, но от одной мысли о нём Яо Юнь пробирала холодная дрожь.

Тем временем Сунь Юнху довёл Люи до гостевого домика. По дороге к ним подоспели служанки, которые зажгли в комнате свечи и помогли старшему юноше расположить младшего на кровати. Велев прийти, когда явится лекарь, Сунь Юнху выпроводил девушек за дверь.

В доме, где проживал Люи, ему даже не пришлось осматриваться: всё здесь было точно таким же, как там, где селился он сам. Из всех покоев Дворца невесты отличался разве что павильон, в который определили Хао Янмэй, – тот большой трёхэтажный дом на берегу пруда, который Люи приметил сразу, как попал в эту секцию дворца.

— Тебе следует лучше прикрывать шею, – заметил Сунь Юнху, присаживаясь на стул возле кровати Люи.

Юноша поспешно подтянул воротник, но в процессе понял, что это бессмысленно. Сунь Юнху уже видел метку.

— Полагаю, у тебя были причины, – мягкий голос старшего вовсе не казался враждебным.

— Это случайность, – почему-то в его присутствии Люи чувствовал себя так спокойно, что смог расслабиться и кое-что рассказать.

— Э? – Сунь Юнху приподнял одну бровь.

— Я не участвовал в церемонии, – пояснил Люи.

Сунь Юнху придвинулся ближе к кровати.

— Тогда, должно быть, ты зол и возмущён тем, что оказался здесь, – предположил он, изучая бледное лицо соученика.

— Ничего такого, – вымученно улыбнулся Люи. Его кожа в этот момент была почти такой же белой, как одеяло, под которым он лежал. – Я даже рад.

Сунь Юнху не стал расспрашивать о подробностях. Мало ли какая жизнь могла быть у младшего прежде. Возможно, он и вовсе не хотел о ней вспоминать. Что касалось его самого, думая о доме, юноша неизменно начинал тосковать, ведь в крошечном безымянном поселении близ порта Донган осталось слишком многое из того, что он любил.

Тут Сунь Юнху заметил уголок книги, торчавший из-под одеяла Люи, и припомнил, как ловко тот справлялся с заданиями наставника Юнь Вэня.

— Напомни, откуда ты прибыл, – попросил он, стараясь не слишком пялиться на рукопись.

— Из деревни Лэй, – Люи приподнялся на дрожащих руках и, подтянувшись повыше, сел. Ему казалось, что тело стало невероятно холодным и влажным. Юноша не мог понять, что доставляет ему больше неудобств – плывущая голова, полное отсутствие сил или пустой желудок, который то и дело сводило судорогами.