Книга Приручить миллионера, страница 18 – Надежда Соколова

Славик фыркнул:

— Ты — женщина прижимистая, почти что жадная. Никогда не поверю, что у тебя денег не найдется, тем более на себя.

— Почему же, — пожала плечами Лера, отрываясь от вязания, — у нас с мамой счет в банке. Квартиранты, что снимают квартиру, туда деньги переводят, а мы раз в год ремонт в доме делаем. В этот раз будем крышу перекрывать. Иначе осенью нас затопит.

Славик поморщился:

— Крыша — это другое. Тебе же платят за уроки. Для чего так себя запускать?

— А тебе не приходило в голову, что мужики мне просто не интересны? — спросила Лера. — Смысл в этих отношениях?

— То есть семья тебе не нужна?

— В этом возрасте — уже неет. Я привыкла к такой жизни. У мамы своя комната, у меня — своя. Мы живем как бы параллельно, не мешая друг другу, не пересекаясь.

— Мешая? — Славик поднял брови. — Когда любишь человека, так не говоришь.

— Угу, — согласилась Лера. — Значит, я никого не люблю. Дальше что? К чему эти душеспасительные беседы?

— Скучно мне, — последовал маловразумительный с точки зрения Леры ответ.

Славик страдал от скуки. Здесь совершенно нечего было делать, как-то развлекаться. Все, что доступно, — телевизор и книги. Даже Интернет Дорская использовала исключительно для работы. Ни чатов, ни форумов, ни соцсетей. Ни-че-го. И работала, работала, работала. Славик считал, что она просто боится: и мира вокруг, и мужчин, и развлечений. Боится и пытается занять себя чем-нибудь, чтобы не тосковать по напрасно загубленной жизни. Но этих измышлений Славик, естественно, Дорской не выдал. Смысл? Не поймет. Не согласится. Готовить откажется. А сам Славик даже подходить к местной плите отказывался. Для него она была чем-то вроде чудища заморского. Не на то нажмешь — пожар случится.

С разрешения Дорской Славик побывал на втором этаже, оценил обшарпанную мебель и отсутствие ремонта, взял с одной из полок, висевших в коридоре, пару детективов, спустился, обосновался на кухне. Телевизор смотреть не хотелось. Славик вообще сомневался, смотрел ли он в «прошлой» жизни этот самый телевизор. Выезжать в город без знания обстановки? Так заблудиться легко. И привет, «бомжатник».

Так что оставались только книги. К ним, по крайней мере, Славик не испытывал отвращения.

Читал до вечера, до самого ужина, успел прочитать практически все, когда внезапно выключили свет.

— Поздравляю, — через несколько секунд послышался от двери ироничный голос Дорской, — сегодня у нас в меню ужин при свечах.

— Каких свечах? — изумился Славик, наблюдая, как Дорская светит себе фонариком из телефона и ищет что-то на одной из полок. — Человечество давно изобрело генератор.

— Вот и живи с этим человечеством, — Дорская что-то колдовала на столе. — Я на генератор еще не заработала.

На языке крутились только маты, но Славик смолчал, угрюмо наблюдая, как Дорская зажигает свечи, ставит их в высокие подсвечники, как при тусклом свете достает из холодильника тарелки с едой и ставит на стол.

Нет света, нет генератора, завтра не будет еды! Куда он попал! В какой-то каменный век!

Жевать при свечах картошку и остатки мяса — то еще удовольствие. Славик ощущал себя в самой настоящей пещере. За окном разве что волки не выли. А так — первобытная тьма, ничем не нарушаемая тишина, остатки продуктов и сидевшая рядом Дорская, от которой почему-то пахло малиной.