Книга Маленькая хозяйка большой кухни, страница 64 – Ната Лакомка

Леди д`Абето на секунду опустила ресницы, лицо её окаменело, и когда она снова посмотрела на меня, взгляд её ничего хорошего не обещал:

— Выбирайте слова, юная барышня, - сказала она и поджала губы. – Связь с моим племянником – это не позор, к вашему сведению. Он – королевский маршал. К этому многое прилагается, чтобы вы знали.

— Уже не маршал, - сказала я. – Должность маршала, насколько мне известно, занимает господин де Бринталь.

Сводница даже глазом не моргнула.

— Всё-то вы уже разнюхали, Фанни Браунс, - заявила она без малейшего смущения. – Но помяните моё слово, Бринталь не продержится на этой должности и двух месяцев. И королева лично попросит моего племянника вернуться.

— Даже если так, дело это не меняет, - я решительно встряхнула подносом, и ложечка звякнула о блюдце. – Я не продаюсь, миледи. Ни за простыни, ни за фаянсовые тарелки. И за фарфоровые тоже, - предупредила я её новое «деловое» предложение. – И сильно сомневаюсь, что подобные торги придутся по душе вашему племяннику. Это ведь его дом? – я обвела взглядом комнату. – Представляете, как будет жаль съезжать из такого уютного и привычного места?..

— К чему это вы клоните? – нахмурилась леди д`Абето.

— …если милорд герцог подумает, что тётушка слишком бесцеремонно вмешивается в его жизнь, подсовывая ему горничных и кухарок в качестве любовниц.

После этого я ждала, что леди раскричится, схватится за сердце, пригрозит меня рассчитать, но она продолжала спокойно смотреть на меня, только взгляд стал более пристальный.

— Какая вы непростая девушка, - заметила она, наконец. – И умненькая. Я точно в вас не ошиблась. Но вы, возможно, не знаете, что я воспитала Дика с пелёнок. Я заменила ему мать, потому что моя беспутная сестра предпочитала развлекаться при дворе, а не заниматься воспитанием сына. Даже кормилицу Дику искала я. А это было трудно сделать, потому что люди в наших краях суеверные. Никто не хотел кормить грудью Сына Луны.

— Сына Луны? – переспросила я, и мой гнев чуточку поутих. – Это вы о проклятье?

— О нём, - подтвердила леди. – Или вы думали, что белые волосы – это ранняя седина? Нет. Дик родился таким. Но это вас не касается, дорогая Фанни. Я пытаюсь объяснить вам, что Дик никогда – слышите? никогда! – не прогонит меня и не сделает того, что будет мне неприятно. Если вы разболтаете моему племяннику то, о чём мы тут с вами мило беседовали, он огорчится, но поймёт, что я действовала лишь из любви к нему. А вот я в свою очередь могу очень усложнить вам жизнь. Как думаете, кого он будет слушать? Вертлявую пигалицу, которая даже побрезговала подарить ему немножечко тепла, или тётушку, которая забыла о себе и о своем счастье, заботясь о нём?

— Вы мне как будто угрожаете, - сказала я, когда она выжидающе замолчала.

— Просто показываю истинное положение вещей, - мягко ответила она. – Поэтому не надо демонстрировать мне свою гордость, Фанни. Просто подумайте, прикиньте своей умной головкой, сколько вы сможете получить привилегий и выгоды от этого союза, а потом утрите нос этой дурочке Труди, которой небеса дали такие выдающиеся формы, но что-то поскупились на содержимое.

— Даже слушать противно, - покачала я головой. – И Труди ваша мне совсем не понравилась, но теперь я жалею её. Вы тоже ей угрожали? У бедняжки нет выбора – или потерять работу или запрыгнуть в постель к вашему племяннику.