Книга Карт-Бланш для Синей Бороды, страница 166 – Ната Лакомка

— Не бойся, – он принялся ласкать меня медленно, чувственно, давая время привыкнуть к этим новым ощущениям. – Я знаю, что делать…

— Надо ли хвалиться подобными умениями именно сейчас? – укорила я его.

— Продолжаешь воспитывать? – усмехнулся он, нависая надо мной, оперевшись на локти. – Продолжишь потом, а сейчас – попридержи свой змеиный язычок, шоколадница. Мы найдем ему лучшее применение.

Он улегся на меня, раздвинув коленом мои ноги. Никогда ещё я не чувствовала так близко ни одного мужчину, и мне показалось, что еще немного – и я умру… просто растворюсь в его объятиях…

Дыхание Алена участилось, он поднял голову, посмотрев мне в глаза, и взгляд у него был безумным.

— В первый раз я всё сделаю ради тебя, – сказал он, и я не узнала его голоса – внезапно охрипшего, словно Ален сдерживал себя из последних сил. – Но потом будешь делать всё, что я захочу.

— Я и сейчас сделаю всё, что захочешь…

— Бланш, не искушай меня!..

В дверь постучали, и мы с Аленом подскочили, как застигнутые у чужих яблонь дети.

— Миледи! Вы уже легли? – раздался снаружи голос Барбетты. – Миледи!

Я едва успела зажать Алену рот ладонью, чтобы он не закричал на служанку, явившуюся так не вовремя, а потом спросила, стараясь говорить ровно:

— Уже легла. Что случилось?

— Вам надо выйти, – сказала через дверь служанка, – приехала леди Милисент Анж и говорит, что будет здесь ночевать.

Если бы Барбетта объявила о приезде короля, это не произвело бы на нас такого впечатления. Я оттолкнула Алена и села, поджав ноги и натягивая на себя одеяло, а он не сделал попытки меня удержать.

— Сейчас выйду, подождите внизу, пожалуйста, – ответила я служанке, чувствуя, как стянуло горло.

— Хорошо, миледи, – по мере того, как звук её шагов в коридоре становился тише, таяло то волшебное чувство, что только что связало нас с Аленом. То есть мне казалось, что связало.

— Бланш… – Ален потянулся ко мне, но я сжалась в комочек, стараясь избежать прикосновения.

Повисла напряженная тишина. Краем глаза я видела, как Ален сжимает и разжимает кулаки, и слышала его тяжелое дыхание.

— Приехала ваша невеста, – сказала я, потому что надо было что-то сказать.

— Лучше бы она сломала карету где-нибудь под Ренном, – процедил он сквозь зубы. – Понятия не имею, зачем она притащилась. Но что это меняет?

— Всё, – ответила я очень тихо, но он расслышал.

— Как – всё?! – заорал он. – Только не говори, что ты снова мне откажешь в самый последний миг!

— Это неправильно…

— Что – неправильно?

— Неправильно, что мы решили сделать это за спиной у леди Милисент. Прежде всего, вы должны поговорить с ней

— Я скажу ей, чтобы убиралась вон!

— Нет, надо встретить гостью и устроить на ночь, – сказала я, отводя глаза. – Она, наверняка, устала и голодна.

— Пусть ею займется Барбетта. Бланш! Если мы сейчас не…

— И ещё я должна встретить её лично. Она ничего не знает. Она приехала, как будущая хозяйка Конмора.

— Она никогда ею не будет!

— Тогда скажите ей это, если решили. Но только если вы уверены в том, что хотите это сказать, и только после того, как она поест и отдохнет с дороги… милорд.

— Опять милорд? Бланш, я…

— Не говорите ничего, – я остановила его жестом. – Идите к себе, мне надо одеться.

Он сел в постели, как будто не знал, на что решиться, но потом встал и начал собирать разбросанную одежду, натягивая рубашку, штаны и ругаясь сквозь зубы. Я делала вид, что не смотрю на него, но посматривала искоса, испытывая разочарование, боль, стыд – всё вместе. В приезде леди Милисент мне виделось предзнаменование небес. Нельзя построить счастье на несчастье другого. Нельзя отбросить прошлое, как старую ненужную тряпку.