Книга Карт-Бланш для Синей Бороды, страница 71 – Ната Лакомка

— Что? – не поняла я.

— Мы уедем в Конмор на следующий день после свадьбы, в понедельник.

— Как, милорд? – я остановилась. – Вы не собираетесь жить в своем доме?

— Видишь ли, – сказал он, тоже останавливаясь, – жить здесь и следить сразу за всеми землями, что мне поручил король – это крайне неудобно. Конмор находится как раз посредине, и я вполне смогу успеть везде. К тому же, Милисент настаивает, чтобы госпожа де Конмор прожила год именно в нашем родовом замке. Милли он почему-то не нравится, а мне нравится. Так что причина ещё и в том, что там мне спокойнее, чем здесь.

То, как он произнес последние слова, вовсе не походило на желание покоя. Морщины на его лице обозначились резче – от крыльев носа к углам рта и две морщинки между бровями.

— Надеюсь, ты не будешь против?

Как будто я могла быть против. Все мои иллюзии тут же разлетелись на сотни мельчайших осколков. Они впивались в сердце, как острые зубы, и ранили, ранили. Я посчитала, что разрешение пригласить на свадьбу тех, кто будет приятен мне – это забота со стороны моего жениха. Да, забота. Забота, чтобы я не взбрыкнула, не отказалась, когда станет ясно, что жить мне придется где-то вдали от родных, от собственного дома. Как могла быть такой наивной? С чего я вообще решила, что мы останемся в Ренне? До этого граф никогда не жил в нашем городе, зачем ему менять привычки? Ради несравненной Бланш Авердин, накормившей его провинциальной стряпней?

— Конечно, милорд, я не против. Если вам угоден Конмор, то мне он тоже вполне подходит, – ответила я, стараясь придать голосу вежливое равнодушие.

— Я боялся, что ты откажешься уезжать.

— Странно слышать «боюсь» из ваших уст.

— Что ж, и у Синей Бороды есть свои страхи, – пошутил он, но шутка прозвучала невесело.

Мы подошли к дому предсказательницы Вильямины, когда окно на втором этаже распахнулось, и из него высунулась сама предсказательница. На сей раз она не нарядилась, и голова у нее вместо тюрбана была повязана простым платком, из-под которого торчали седые космы.

— Ну что, мои утяточки, все у вас сладилось? – завопила она, махая нам рукой. – Смотреть на вас – как воду с серебра пить! Одно удовольствие! Здоровья вам, милорд графчик! И вам здоровья и крепких деток, миледи графинечка! Зайдите, погадаю вам! Бесплатно погадаю!

Чтобы привлечь наше внимание (как будто её криков было недостаточно), Вильямина высунулась в окно по пояс. Оставалось только удивляться, как она не вывалилась на улицу.

— Да она пьяна, – мрачно усмехнулся де Конмор, которого передернуло при появлении старухи. – Пойдем поскорее.

— Подождите, милорд, – я просительно сложила руки, – вы считаете её шарлатанкой, и это ваше право, но она очень добрая. И старая… Разрешите, я схожу к ней. Чего доброго, она из окна вывалится.

— Это ты слишком добрая, – сказал он сквозь зубы. – Иди, только быстро. Я подожду здесь.

Я стрелой взлетела по лестнице на второй этаж и втащила старуху в комнату, после чего закрыла окно. В доме витал кислый запах дешевого вина, а на столе стояла огромная деревянная кружка, перевернутая вверх дном, и растекалась темно-красная лужица.

— Мы прекрасно вас слышали, госпожа, не надо кричать на всю улицу, – попыталась я успокоить старуху. – Спасибо за добрые пожелания, и я, и милорд очень за них благодарны.