Книга Карт-Бланш для Синей Бороды, страница 73 – Ната Лакомка

Я вздохнула и поспешила к дому, пряча озябшие руки под накидку.

— Могли бы побриться хоть ради свадьбы, – бубнил Пепе, стоя на шаг позади Алена.

Только что закончилось венчание Констанцы Авердин и сэра Лоуренса-младшего, а так же Анны Авердин и Киана Килле, сына прево – судьи простолюдинов, и все ждали появления младшей сестры.

По настоянию Пепе, к алтарю граф надел алую рубашку, но не пожелал надевать другой камзол, кроме привычного черного. Ален не питал иллюзий по поводу своей внешности, и посчитал, что было бы смешно наряжаться щеголевато. Скорее всего, и Бланш не пожелает дорогого наряда, если брак – одна видимость. Он посмотрел на сестёр своей невесты. Одна в голубом, другая в алом – яркие, как райские птицы, обе златовласые, чем-то неуловимо напоминающие Милисент. Внимание гостей было приковано к ним – красивым, юным, смеющимся.

У невест Авердин не было отца, поэтому к алтарю их провожал лорд Чендлей, и он уже вышел из церкви, чтобы привести Бланш.

— Мне стыдно стоять рядом с вами, – продолжал ворчать Пепе. Он держал на белоснежном фарфоровом блюдце два золотых обручальных кольца и мог позволить себе быть неучтивым – его всё равно не прогнали бы. – Сейчас появится маленькая леди, разнаряженная, как принцесса, и ей тоже будет неловко.

— Замолчи уже, – сказал Ален углом рта.

Жених стоял лицом к алтарю, поэтому не сразу понял, почему все замолчали, и воцарившуюся тишину нарушил лишь веселый перезвон колокольчика. Отец Бернард, собиравшийся читать молитву, застыл над раскрытой книгой, глядя поверх плеча Алена.

— Господи, какая красавица, – прошептал Пепе.

Ален медленно обернулся.

К алтарю, под руку с лордом Чендлеем приближалась Бланш. На ней были простое белое платье и белая накидка, опушенная по капюшону белым мехом. По сравнению с белыми одеждами, лицо невесты выглядело особенно ярким. Черные глаза, блестящие, как бриллианты, нежный румянец, алые губы – вся она словно сияла изнутри, а белоснежный наряд придавал ей внешнего сияния. Белая, как сама зима, яркая, как солнце в морозный день. Ален смотрел, как она подходит к нему, и поймал себя на том, что улыбается.

Лорд Чендлей подвел невесту к жениху и соединил их руки.

Отец Бернард начал чтение молитвы, хор запел, и Ален почувствовал себя словно на небесах, сжимая горячие пальцы невесты. Она волновалась – рука её дрожала. Ален ободряюще кивнул, и Бланш кивнула в ответ. Она была очень серьезна, и повторяла за священником слова молитвы с благоговением и искренностью. Она поклялась быть смиренной, терпеливой, мягкой и послушной, и произносила клятвы так, словно и в самом деле давала обязательство от всего сердца.

Пепе поднес блюдце с кольцами, и Ален надел золотое кольцо с жемчужиной на безымянный палец невесты. Она тоже надела новобрачному кольцо и подставила лицо для поцелуя. Поцелуй перед алтарем должен быть скромным, церковь – не место, где выказывают страсть. Но Алену стоило огромных усилий сдержаться, когда алые девичьи губы, вкус которых он уже знал, оказались совсем рядом. Он лишь коснулся их, но кровь сразу застучала в висках. Невеста пахла рождественскими сладостями и морозной свежестью, и Ален подумал, что это – самый упоительный аромат, который не сравнится ни с какими заморскими благовониями.