Книга Король драконов и Принцесса-Апельсин, страница 141 – Ната Лакомка

Я смотрела на лже-принцессу и слышала, как взволнованно дышит Хильдерика. Дышит и… молчит. Молчит?!.

Резко повернувшись к ней, я увидела, что моя подруга стоит точно так же, как самозванка – молитвенно сжимая руки, и хлопает ресницами, не решаясь говорить.

— Ну же, Хильдика! – зашипела я на неё.

Она вздрогнула и залепетала что-то невнятное, но тут король Рихард рявкнул во всю драконью глотку:

— Да вы что тут устроили, Аранчиани?! Я скоро сам с вами свихнусь! Но сначала вам всем головы поотрываю! А тебе, – он свирепо ткнул в мою сторону пальцем, – первому. А ну, живо отвечай! – это уже относилось к Хильдике, и я невольно сделала шаг вперёд, защищая её.

Но тут моя подруга воскликнула, зажмурившись и втянув голову в плечи, будто её уже собрался отрывать жестокий дракон:

— Простите, милорд! Прошу, прошу, прошу, простите принца! Эта девушка – принцесса Аранчия! Я подтверждаю!

Рихард с размаху ударил кулаком в ладонь и рыкнул, бешено сверкнув глазами.

— Что и требовалось доказать, – проворчал он. – Идёмте во дворец. А то устроили тут… посмешище, – он наградил меня гневным взглядом, подал руку самозванке, и они начали подниматься по ступеням, а за ними спешил отец, тоже посмотревший на меня – правда, укоризненно.

Следом потянулись придворные, рядом со мной осталась только Хильдика. Я до такой степени не ждала предательства, что пропустила драгоценные секунды, когда можно было ещё что-то сказать.

Но Рихард уже заводил лже-Аранчию во дворец, а народ дружно орал славу принцессе Аранчии, совершенно не обращая внимания на принца Альбиокко.

— Как это понимать? – спросила я у Хильдики сквозь зубы. – Это – Аранчия?!

— Прости, я растерялась, – зашептала она, чуть не плача и цепляясь за мою руку. – Всё так неожиданно… И твой отец узнал её… А ты хотела при всех объявить своего отца сумасшедшим? Но ведь ничего страшного не произошло…

— Конечно, ничего страшного, – больше всего сейчас мне хотелось её придушить.

Ну а потом придушить самозванку.

А там и до драконов бы руки дошли.

Мимо нас сплошным потоком тянулись придворные, глядя только вперёд, будто там солнце просияло.

— Ничего страшного! – продолжала я бешеным шёпотом. – Вы просто выставили принца глупым ревнивцем и привели во дворец не понять кого!

— Уйдём отсюда, – Хильдика нервно оглянулась на глазевших горожан и стражников, и потащила меня во дворец.

Я позволила себя увести. Совсем по-дурацки будет – стоять тут и пыхтеть, после того, как прилюдно посадили в лужу.

Мы прошли опустевшими коридорами, подошли к трапезному залу, и я скривилась, когда обнаружилось, что самозванка спокойно уселась на то самое место, на которое садилась я, когда бывала принцессой.

Рихард сидел справа от неё, отец – слева, и оба увлечённо слушали, что она там говорила. А уж она старалась! Сидела, скромно потупившись, но всё в ней – жесты, улыбки, редкие взгляды – всё казалось мне отточенными любовными ловушками.

— Надо будет узнать, как её запустили в город, – сказала я, когда мы с Хильдикой задержались на пороге, наблюдая эту картину. – У неё должен быть пропуск за моей подписью или подписью отца. По номеру можно узнать, кто из писцов его оформлял. И допросить.

— Неужели, кто-то мог вот так просто отдать королевский пропуск? – покачала головой Хильдика. – Но в любом случае, она оказала нам услугу, кто бы ни была. Смотри, она нравится королю Рихарду. Возможно, это – лучший выход? Пусть дракон забирает её.