Книга Король драконов и Принцесса-Апельсин, страница 47 – Ната Лакомка

— Откуда у тебя кинжал, гром меня прибей? – спросил король, и по голосу я поняла, что он усмехается. – Ты откуда его вытащила, красавица?

— Из причёски, – сказала я холодно. – Плыви быстро, если не хочешь бесславно сдохнуть.

— Ты не только смелая, но и предусмотрительная, – похвалил он, мерно рассекая воду руками, как мельничные колеса. – Впервые встречаю такую женщину, – и добавил, уже не скрывая насмешки. – А, ты же не женщина…

Я похолодела от ужаса, что моя тайна раскрыта. Узнал! Всё-таки узнал!..

— Ты ещё девушка, – продолжал Рирхард, и голос его стал похож на рокот прибоя, когда море воркует на рассвете, тихо ударяясь в песчаный берег. – Девственница… Горячая… как солнце…

Ф-фу! Я еле сдержала вздох облегчения, понимая, что дракон ни о чём не догадался, а он продолжал намурлыкивать:

— Ты знаешь, кто я? Я – король. Король Рихард, великий дракон… Хочешь подарю тебе драгоценный камень размером с кулак? Или ведро жемчуга? Знаешь, мне очень по нраву девственницы, которые горят, как огонь… Не бойся меня, я беспощаден с врагами, но ласков с красивыми женщинами… И очень щедр.

Мне приходилось слышать, что-то о драконьем очаровании – якобы, они могут внушать такой же любовный трепет, как и животный ужас. Но теперь я поняла, что об этом нагло врали. Никакого ужаса и никакого любовного умиления я не испытывала, встретившись с этим наглым, мерзким, бессовестным существом, которое думало, что может купить то, что не удалось взять силой. Рядом с ним я испытывала лишь раздражение, злость и желание отходить его ковшиком. И не только по голове.

Но поразмыслить над правдой и вымыслами о драконах можно было потом. Сейчас у меня были куда более важные проблемы. Мне предстояло вступить в схватку с драконом на суше, а не в море. Пока я держу кинжал у драконьей пасти – он будет вести себя смирно, как рождественский барашек. Но как мне избавиться от него на берегу?

Сознаюсь, в какой-то момент у меня был соблазн прирезать короля. Всего-то ткнуть посильнее, а потом отправить труп в море. Даже если потом дохлая змея выплывет, никто не узнает, где и от чьей руки он встретил свою смерть.

Аранчия так бы и сделала, но принц Альбиокко не мог жить чувствами. Обиды и ненависть – это для женщин. Мужчины должны думать. И не только о себе. Что будет, если погибнет верховный король? Моя страна только-только начала забывать ужасы войны, и тут снова устроить борьбу за трон, битву за власть и прочие прелести междоусобных разборок? Нет, пока Рихард жив, есть надежда, что будет мир. Поэтому, убийство отпадает.

Но если принцу Альбиокко вряд ли что-то угрожало со стороны дракона, то Аранчия сильно рисковала…

Как же мне избавиться от этого гада?

— Думаешь, как будешь убегать от меня на берегу? – догадался Рихард и хмыкнул, хотя мой кинжал по-прежнему упирался ему в горло. – Есть варианты?

— Есть, – грубо ответила я. – Прирезать тебя, чтобы воздух стал чище.

— Аха-ха! – засмеялся он, стараясь, впрочем, не слишком шевелиться. – И рука не дрогнет?

Я промолчала, потому что решительно не знала, что предпринять.

— Не бойся, – повторил король. – Я тебя не трону. Могла бы и сразу сказать, что не хочешь. Никто ещё не называл меня насильником. Женщин я беру только по любви и согласию.

Да-да, так мы этому и поверили. Будь на моём месте обыкновенная женщина – тут бы и распрощалась со своей девственностью до самой глотки. Особенно смешно было слушать, что это животное пыталось выставить меня виноватой – мол, почему сразу не отказала.