Книга Король драконов и Принцесса-Апельсин, страница 7 – Ната Лакомка

Хильдика покраснела, но придав лицу строгое выражение указала мне на дверь.

Поправив берет, я вышла из комнаты, прошла коридором, куда никому кроме принцессы Хильдерики не позволялось входить, и оказалась в открытой галерее.

Незастекленные арочные окна открывали великолепный вид на море. Оно раскинулось совсем рядом – можно было услышать его мерный плеск. Солнце взошло над горизонтом и казалось огненным апельсином, который какой-то силач-великан забросил на небеса. Но мне некогда было любоваться лазурными волнами и солнечными апельсинами, потому что навстречу шел отец в сопровождении вельмож и слуг.

— Сынок! – радостно поприветствовал он меня, раскрыв руки для объятий.

— Доброе утро, отец, – сказала я и поклонилась, соблюдая придворный этикет.

— К чему эти церемонии? – отец обнял меня и расцеловал в обе щеки, привстав на цыпочки, потому что я была выше его на голову. – Скоро ты станешь королем, и это мне надо будет тебе кланяться.

— Вы никогда не будете кланяться мне, – ответила я с улыбкой. – Для меня вы всегда будете не только отцом, но и моим господином.

— Слышали? – отец с сияющим лицом обернулся к графу Лессио, маркизу Денито и остальным. – Что может быть прекраснее сыновьей почтительности?

— Только родительская любовь, ваше величество, – ответил граф.

— Родительская любовь – безмерна, а сыновья – прекрасна, – поправил его маркиз.

— Так и есть, – отец похлопал меня по плечу и оглянулся, досадливо нахмурившись. – А где Аранчия? Почему она не вышла поздороваться со мной?

— Сестра молится в домашней церкви, – ответила я как можно спокойнее, хотя мне всегда становилось жутко, когда отец – такой добродушный с сыном, начинал раздражаться, стоило только вспомнить о дочери. – Вы же знаете, – продолжала я ласково и терпеливо, – что Аранчия очень набожна, у нее молитвенное правило на четыре часа.

— Да, её мать была такой же, – кивнул отец. – Ладно, женщинам простительно быть слишком набожными. Хотя, как по мне, лучше бы она озаботилась выбором мужа.

— Всему своё время, – сдержанно сказала я. – И это мы с вами будем выбирать ей мужа. Вы же знаете, что женщины выбирают сердцем, а в делах брака сердце – плохой советчик.

— Мой сын рассудителен не по годам, – довольно произнес отец. – Но сам-то женился вовсе не по рассудку! – отец позабыл про дочь и настроение его сразу улучшилось.

Он шутливо погрозил мне пальцем, и Хильдика наклонила голову, чтобы спрятать румянец смущения и улыбку.

— Как твоя жена? – отец подмигнул мне и повел глазами в сторону Хильдики. – Имей в виду, я надеюсь ещё покачать внука на руках.

— На всё воля небес, – ответила я смиренно, стараясь не замечать кислые лица придворных.

— Возможно, следует прислушаться именно к небесам, – встрял в разговор Лессио. – Ваш брак длится уже семь лет, принц, а наследника всё нет. Возможно, следует подумать о…

— Замолчите, – сказала я негромко, но так, что графа сразу как припечатало. – Больше ни слова, если голова у вас не лишняя. Всякий, кто посмеет обидеть или усомниться в моей жене – будет убит.

— Я не обижал принцессу! – Лессио заметно побледнел.

— Значит, мне показалось, – произнесла я ледяным тоном, демонстративно взяла Хильдику за руку и поцеловала кончики её пальцев. – Моя жена – лучшая из женщин в этом мире. И другую я не пожелаю до самой смерти.