Онлайн книга «Жемчужина дракона»
|
— …она была ведьмой, — бубнила Пачетта. — Конечно, ведьмой. Потому что была страх какая умная! Она на все вопросы знала ответы — и почему ветер дует, и почему звезды горят. И все время читала книги! Разве порядочные женщины так себя ведут? Я благоразумно промолчала, а служанка продолжала вспоминать: — Но я все равно понять не могу, как она могла его убить, если он ушел, когда она спустилась с террасы, и все время находилась у нас на глазах? Но она была ведьмой, ведьмы многое могут. — Простите, госпожа моя, — не утерпела я, услышав это, — вы сказали, что герцог ушел, когда она спустилась? Значит, при ней герцог был еще жив? Вы сами это видели? — Так же ясно, как вижу теперь вас, маленькая нахалка! — вспылила она, и мне пришлось приложить все свои дипломатические таланты, чтобы вернуть разговор в нужное русло. — Я была там, прислуживала леди Ромильде. Они с герцогом сидели на двух тронах во главе стола, все было увито зеленью и цветами… помню, розы так благоухали… — А Бьянка? — перебила я ее. — Ее не было на празднике. Хотя могла бы и появиться — мать все-таки! Лорд Тристан тогда побил всех в поединках. Даже нынешнего герцога побил — положил на обе лопатки!.. — А Бьянка? — Она пришла, когда лорду Тристану уже вручали награду. Стояла на верху террасы и смотрела на всех нас. — На террасе? — воскликнула я, невольно покрепче прижимая к груди картину. — А что вы так переполошились? — служанка подозрительно посмотрела на меня. — И почему вы обо всем меня расспрашиваете? Я, вообще, не хочу с вами разговаривать после той глупой выходки! — она вскочила, расправляя платье. — С тех пор, как вы опрокинули горшок с амарантом… — Да что в этом такого? — изумилась я. — Вы придаете этому слишком большое значение, госпожа Панчетта, но вы не закончили… — Слишком большое?! — она опять ткнула в меня пальцем. — Скоро узнаете! Это дурной знак! Скоро кто-то умрет, и вы будете тому виной! Ее тупость бесила, но я постаралась держать себя в руках, уговаривая служанку поведать мне все до конца, и вскоре узнала причину дурных слухов о разбитом амаранте. — После смерти герцога амарант зацвел, хотя была вовсе не пора цветения, — рассказала Пачетта, немного успокоившись. — И цветы красные, крупные, будто налитые кровью. В наших краях амарант зовут «змеиным хвостом», и цветы на нем были и в самом деле, как змеи — длинные, свисали до основания горшка. А однажды горшок упал и разбился. Разлетелся по площадке под террасой. Герцогиня увидела — и у нее случилась истерика. Она очень любила эти цветы. — Какая трагедия! — не удержалась я от иронии. — Конечно, леди Ромильда такая нежная женщина… Понимаю, для нее это было страшным ударом. — Конечно, страшным, — подтвердила Пачетта. — Она так переживала смерть мужа. Даже в знак траура отрезала свои роскошные волосы — смахнула почти под затылок, и сожгла их в камине. Я захожу — а в ее спальне воняет палёным волосом, и моя бедная леди сжигает последнюю прядку. Святая женщина… — Видимо, да, — согласилась я, но про себя подумала — надо ли было так убиваться из-за мужчины, который завел себе любовницу? Мы поболтали еще — уже совсем миролюбиво, но вызнать еще что-то интересное я не успела, потому что в беседке нас обнаружила Милдрют. — Лорд Тристан беспокоится о вас, леди Изабелла, — сказала она сердито. — Но я вижу, что зря. |