Книга Монашка и дракон, страница 71 – Ната Лакомка

— Все хорошо, милорд, — я передвинула ладью, угрожая шахом, и дракон задумался.

Я не торопила его с ходом, и мы молчали около четверти часа, после чего мой противник выдвинул на защиту второго офицера. Теперь подумать пришлось мне.

— Какого цвета твои волосы, Виенн? — спросил вдруг дракон.

— Что? — я вскинула на него глаза.

Он смотрел с усмешкой, подперев рукой голову.

— Ты все время прячешь волосы, а мне интересно — какого они цвета.

Я передернула плечами — разговор переставал мне нравиться, и ответила небрежно, делая ход королевой:

— Обыкновенные, серые.

— Покажи? — предложил дракон, передвигая коня. — Сними платок?

— Нет, — ответила я тотчас.

— Почему? — протянул он лениво.

— Потому что не хочу.

Наши взгляды встретились над шахматной доской.

Драконьи глаза загорелись уже знакомым мне огнем.

— Боюсь, буду настаивать, Виенн, — сказал он, понизив голос.

Сердце мое заколотилось. Отказать резко? Кто знает, не захочет ли он тогда сорвать с меня платок насильно. Снять платок самой? Но не будет ли это шагом к моему падению? В книгах опытные соблазнительницы действовали именно так — снимали платок, перчатку или шейную ленту, и это распаляло мужчин сильнее, чем открытая нагота. Не будет ли это знаком, что расставшись с платком я уже готова расстаться и с остальной одеждой?

Молчание затягивалось.

— Виенн? — повторил дракон, и не дождавшись ответа медленно сел, подбираясь ко мне. — Ну же, я хочу посмотреть…

И тут ночь разорвал женский надсадный вопль. Крик, полный ярости, тоски и злости прокатился над замком и резко оборвался.

[1] Быстрый танец времен средневековья

Дракон сорвался с места так стремительно, что меня обдало ветром.

— Запрись! — крикнул он уже от порога.

Я услышала, как он промчался по коридору, и только тогда вскочила с табуретки.

Запереться? И ждать в неведении?

Женский крик все еще звучал в моей голове — полный боли, злобы, муки. Кому же настолько плохо под сводами этого замка, что душа стонет так страшно?!

Сначала я хотела взять свечу, но передумала. Со свечой легче пропустить того, кто захочет остаться скрытым, и легче выдать себя. Я вышла в коридор и пошла в ту сторону, куда убежал дракон. Как и в первый раз, внизу были слышны взволнованные голоса слуг, но я пошла не вниз, а поднялась по лестнице на верхние ярусы.

Здесь было темно и тихо. Прислушиваясь к каждому шороху, я шла по коридору, перебегая полоски лунного света, лежавшие на полу и стене. Я скорее почувствовала, чем увидела кого-то впереди. Это мог быть кто-то из слуг, кого дракон отправил обыскать замок, но что-то заставило меня юркнуть в нишу, куда не достигал лунный свет, и затаиться.

Кто-то и в самом деле двигался по направлению ко мне. Причем шел точно так же, как и я до этого — крался, как вор, перебегая лунные пятна. Я вжалась в стену, стараясь слиться с ней в одно целое.

Тень промелькнула мимо за одно мгновение. Но это точно была не женщина. И я была почти уверена, что узнала мужчину — грума Офельена, парня с перебитым носом. Но если он осматривает замок по приказу маркграфа, то почему крадется в темноте один?

«Ты делаешь то же самое, — напомнила я себе. — Значит, и у него могут быть свои причины».

Когда шаги Офельена затихли, я вышла из своего укрытия. Вряд ли имеет смысл идти туда, откуда пришел грум. Поразмыслив, в пошла вниз по другой лестницей, и угадала — почти сразу впереди послышался голос милорда Гидеона. Я ускорила шаг, но в последний момент остановилась.