Книга Роковая Роксана, страница 161 – Ната Лакомка

Первой мыслью было, что на нас напали, и граф спасает меня, схватив в объятия, но я открыла глаза и не обнаружила никакого нападения. Мой жених… вернее, уже муж, подхватил меня на руки и под гром аплодисментов, смех и поздравления нёс к экипажу, который подогнал к воротам Лойл.

— А это ещё зачем? – шепнула я на ухо графу, обхватывая его за шею на всякий случай.

— Для полноты картины, - он заговорщицки подмигнул мне.

Отчим забежал вперёд и распахнул дверцу кареты, и я оказалась на мягком бархатном сиденье в охапку со своим шикарным букетом и фатой, укрывшей меня до самой макушки.

— Подождите! Подождите! – услышала я весёлый голос графа. – Дайте мне найти мою дорогую супругу в этом сугробе!

Его поддержали смехом, а фата поползла с меня, как живая, и вот уже я вижу перед собой смуглое лицо милорда Бранчефорте.

— Наконец-то я отыскал вас, красавица! Говорил же, что не спрячетесь! - заявил он, обхватил меня за талию и поцеловал.

Совсем не так, как целовал в церкви.

А совсем так, как… как…

Я забыла слова, и мысли улетели все до единой, когда губы графа припали к моим губам.

Вот именно – не прикоснулись, а припали. Будто граф умирал от жажды, а я была чем-то вроде живительного источника.

В ушах зазвенело, и стало тихо-тихо, а может, мне казалось, что стало тихо, потому что для меня мир вдруг перестал существовать. И я ответила на горячий и бесстыдный поцелуй с такой же горячностью и… с ещё большим бесстыдством, обняв графа Бранчефорте за шею и притянув к себе поближе.

Я осознала, что ситуация выходит из-под контроля, когда обнаружила, что соприкасаются уже не только наши губы, но и языки. Сколько раз я слушала, как девицы шёпотом обсуждали сладость поцелуя, но всегда считала, подобное преувеличением. Какая сладость? Это еда, что ли? Только сейчас я чувствовала, что юные девы не лгали. Не приврали ни словечка.

Потому что это было сладко, очень сладко, даже невыносимо сладко – куда там леденцам с мёдом и земляникой!..

Однажды граф поцеловал меня в плечо, и тогда мне показалось, что огонь охватил руку от кончиков пальцев до сердца, а теперь я вся горела в огне - просто вспыхнула, как солома. Не думала, что такое возможно… что такое бывает…

Но это происходило, и моё сердце, охваченное огнём, застучало так быстро, словно готово было вырваться из груди. Мне стало трудно дышать, и чтобы глотнуть воздуха я откинула голову, продолжая обнимать графа, а он обнимал меня.

Пары секунд хватило, чтобы я поняла, что тишина вокруг нас с графом – это не моё воображение. На самом деле было очень тихо…

Я едва успела просунуть руку между нашими с графами лицами, потому что он тянулся с поцелуем.

— Все смотрят, - прошипела я, делая страшные глаза.

— Да кого это волнует? – запротестовал Бранчефорте, утыкаясь губами в мою ладонь.

— Не глупите, - я попыталась его оттолкнуть и одновременно оглянулась через плечо.

Люди, стоявшие вокруг кареты, застыли как статуи, таращась на нас. Совсем близко я увидела самую отъявленную сплетницу Солимара (после моей матушки, естественно) – Анну Симпсон. Она так и подалась вперёд, пожирая нас с графом глазами, и совершенно не замечала, что шляпка свалилась с её головы и повисла на лентах. Но больше, чем жадное любопытство госпожи Симпсон меня испугало то, как увидели эту сцену мои родные. Ведь я убеждала их, что свадьба – всего лишь необходимость для расследования, фикция… А тут так правдоподобно вошла в роль!..