Книга Поцелуй Спящего красавца, страница 83 – Ната Лакомка

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Прямо сейчас, — закивала головой хозяйка. — Ужин желаете сюда или спуститесь вниз?

— Сюда, — ответила я быстрее, чем Спящий красавец успел что-нибудь брякнуть. — Мы девушки скромные, не хотим излишнего внимания.

— Правильно, совершенно правильно, — согласилась женщина. — Располагайтесь, барышни. Надеюсь, вам всё понравится.

— Как тебе сервис? — усмехнулся Брайер, когда дверь за хозяйкой закрылась.

Первым делом он привычно задрал подол, засунув его за пояс, открыл окно и высунулся почти до половины, любуясь видом на город.

— Не понимаю, как вы в этих тряпках ходите, — пожаловался мне колдун. — Я всё время боялся запутаться.

— Кто-то выбросил штаны в канаву, — напомнила я, так же, как он, задирая подол и засовывая его за пояс фартука. — Подвинься, тоже хочу посмотреть.

Мы стояли плечом к плечу и смотрели, как голуби летают над черепичными крышами. Серое лохматое облако зацепилось за шпиль пожарной башни. На окнах многоэтажных домов пышно цвели розы. Воздух был напоён их ароматом и запахом свежей выпечки. Всё это напоминало Париж, окутанный флёром романтики. Ветер теребил мои новые длинные волосы, и они были непривычны мне так же, как колдуну — платье.

Маринетта Виктория Шарлен…

Как мало, оказывается, надо, чтобы почувствовать себя настоящей принцессой — чтобы на тебе было платье с оборками, тебя ждала горячая ванна, а рядом стоял красивый мужчина, и ваши руки почти соприкасались.

Но я не позволила себе поддаться очарованию этого поддельного Парижа, тем более, что мужчина рядом со мной красовался в белоснежном чепчике с оборками. Не слишком подходящий облик храброго рыцаря.

— Почему тебя прозвали Шпинделем? — спросила я, разрушая это ненужное никому колдовство.

Не нужное мне — в первую очередь.

— Да зачем уже вспоминать про это? — уклонился от ответа Брайер и тут же указал вниз: — Смотри, королевские гвардейцы!

По улице и в самом деле вышагивали строем солдаты с нашитыми на рукава красно-черными эмблемами.

— Вороньё слетелось, — пробормотал колдун, отходя от окна.

Я тоже отошла вглубь комнаты, снимая чепец. Зеркало отразило какую-то незнакомую мне девушку — румяную, с яркими глазами и длинными каштановыми кудрями… Кружева нижней рубашки казались ослепительно-белыми, потому что я загорела, бродяжничая по дорогам Швабена. Раньше загар был признаком бедности…

Принцесса?..

Вот точно — нет. Так, крестьяночка.

Нам принесли воду, и Брайер с облегчением запер двери, после чего избавился от чепца и платья, завалившись на одну из постелей.

Я тоже заперлась — в ванной, и плескалась, пока вода не остыла. А потом был на удивление спокойный и приятный вечер — первый за все дни. Мы с Брайером сидели возле окна, пили горячий ароматный чай и ели восхитительно вкусные вафельные трубочки с кремом.

Голуби гоняли по крышам, пролетали мимо нашей комнаты — сизые, белые. Я сгребла в горсть крошки, оставшиеся от вафель, и высыпала на карниз.

Колдун следил за мной взглядом, и вдруг спросил:

— Злишься на отца?

Мне пришлось подумать, прежде чем ответить.

— Нет, — сказала я, в конце концов. — Невозможно злиться на того, кого никогда не видела, и знать не знаешь. К тому же, как только я вернусь домой, всем его продажам придёт конец. У нас, знаешь ли, людей продавать нельзя.