Книга Жена палача, страница 56 – Ната Лакомка

— Не надо испытывать судьбу, - ответил он угрюмо.

— Хорошо, не буду, - пообещала я и сменила тему разговора: - Надеюсь, вам понравились хлеб и пироги, что я приносила?

— Вы очень добры, - серьезно сказал палач. – Но я прошу вас ничего больше не приносить.

— Почему? – одна из нитей, связавших мое сердце, натянулась и болезненно тенькнула.

Он не хочет, чтобы я приходила? Ему неприятно, что я приношу ему угощение? Или… причина в другом?

— Вам не понравился хлеб?

— Нет, всё было очень вкусно, - он накрыл мою руку своей рукой, и опять по телу разлилось благодатное тепло. – Но дорога дальняя, девушке не надо бродить за стенами города в одиночку. Сами видите, что может произойти.

Я отвернулась, скрывая улыбку.

Значит, он беспокоится обо мне. И ему понравилось то, что я готовила. А ведь я готовила с мыслью о нем.

— Сомневаюсь, что мне что-то угрожает, - ответила я небрежно. - Таких негодяев, как Сморрет, больше нет, а он вряд ли осмелится напасть. Особенно после того, как убегал от вас сегодня.

— Кто знает? Негодяев на свете много, форката Виоль. Вы слишком хорошо думаете о людях. Мне не хочется, чтобы вы ошиблись однажды, и чтобы эта ошибка сломала вам жизнь.

— Но я позову на помощь, и вы придете, - попыталась я пошутить.

— Я не всегда бываю дома. Вдруг я вас не услышу?

— Но… сейчас ведь нет казней.

— Сейчас цветут целебные травы. Мне надо собрать их, пока они налились. И кому-нибудь может понадобиться моя помощь. Поэтому я часто отсутствую.

— Я думала, вы просто не желаете меня видеть, - сказала я тихо, почти прошептала.

Рука палача на моей руке дрогнула, а сам он как будто задохнулся, а потом принужденно рассмеялся:

— Вы шутница, форката Виоль. Разве может найтись кто-то, кто не пожелает вас видеть? Что до меня…

Он замолчал, и я посмотрела на него, пытаясь разгадать, о чем он думает. Черная маска в лунном свете показалась мне вовсе не грозной, а печальной. Как бы я хотела снять эту маску, чтобы увидеть выражение лица сартенского палача. Будет ли оно грозным? Или печальным? Или он взглянет на меня с доброй усмешкой? А может… в его взгляде будет страсть?..

Огненная река подхватила меня и понесла – выше каштанов и цветущих рябин, до самых звезд.

— Что до вас?.. – подсказала я шепотом.

— Если бы я знал, что вы придете, - ответил палач очень спокойно, - я встречал бы вас у дверей. У порога, как пёс хозяйку.

Эти слова упали в тишине ночи, и я ощутила себя необыкновенно счастливой. Такой счастливой, что и в самом деле могла бы взлететь до звезд.

Несколько шагов мы прошли молча, но потом на смену восторгу и счастью пришла тревога.

— Мастер Рейнар, - позвала я. - Ваш дом такой уютный и красивый… Откуда у вас хрусталь и серебряная посуда?

— Это подарки, - ответил он.

Поколебавшись, я все-таки спросила о том, что меня мучило:

— Сморрет-младший сказал, что это – подарки влюбленных в вас женщин. И что у вас был роман даже с его матерью.

— Сморрет лжёт, - спокойно ответил палач. – Мне часто приходится лечить благородных господ. Там, где бедняк заплатит медную монету, они платят золотом. Или хрусталем. Или дорогим фарфором. Но это именно плата за лечение. А не за любовь, - он помолчал и поинтересовался: - Вы поверили Сморрету? Осудили меня?

— Нет, - ответила я задумчиво, - не поверила. Но даже если бы это было так, не стала осуждать. Только мне было бы больно, очень больно.