Книга Любовник королевы фей, страница 88 – Ната Лакомка

Он снова начал целовать меня, и одновременно нырнул рукой мне под юбку. Я вздрогнула, но Тэмлин принялся целовать меня с еще большей страстью, и я покорилась ему, разрешая ласкать себя так, как он захочет. Когда пальцы его коснулись моего холмика пониже живота, он замер, а потом спросил:

— Ты там гладкая, Дженет… Это все для меня?

— Для тебя, — прошептала я.

— Ты отчаянная, Джен, — ответил он тоже шепотом, целуя меня в щеку, в висок, — отчаянная и смелая. И жестокая…

— Ты уже говорил это…

— Вот так испытание ты мне приготовила, тут нужна выдержка почище, чем в охоте на кабана, — его голос журчал, как ручей, обволакивал меня, очаровывал и уже дарил наслаждение. — Как я хотел бы оказаться там вовсе не пальцами… Но поверь мне, так будет неудобно. Ты дрожишь в моих руках, ты не можешь расслабиться, позволь, я помогу…

Как во сне я чувствовала, что он увлекает меня на эльфийский берег, но не воспротивилась. Укладывает в траву, поднимает на мне юбку, обнажая колени, бедра, живот, но даже не подумала прикрыться. Стыд исчез, а на смену ему пришла лишь жажда наслаждения.

Тэмлин устроился между моих ног, короткими поцелуями осыпал мои колени, внутреннюю сторону бедра и поднялся выше. Я вскрикнула, когда он лизнул меня в самом потаенном месте, и выгнулась навстречу.

— Не кричи, — тихо засмеялся он, отрываясь от меня, — я не причиняю тебе боли, ведь так? Вместо ответа я приподняла бедра, взглядом моля, чтобы он не останавливался.

Только сейчас я понимала его слова о муке, которую причиняла ему. Потому что его промедление сейчас причиняло мне настоящую боль. Мне казалось, если он сейчас остановится, я умру немедленно, также верно, как если бы мне запретили дышать.

В его руках она дрожала, как пойманная пташка. И куда только делась вся неуступчивость леди Дженет? Она утверждала, что не ступит на эльфийский берег, но позволила уложить себя в траву, и не протестовала, когда он начал покрывать колени и белые тугие бедра поцелуями. Больше всего его манил гладкий холмик, нежный, беззащитный в своей невинности, но Тэмлин медлил, чтобы не напугать девушку, которая доверилась ему.

Был бы он так сдержан с любой другой? Вряд ли. С другой он постарался бы побыстрее достичь цели. Но с Дженет даже предвкушение наслаждения становилось настоящим наслаждением.

От каждого его прикосновения девушка извивалась всем телом и что-то бессвязно лепетала, а когда он поднялся выше, начала хватать его за руки, но не отталкивала, а наоборот-тянула к себе.

— Успокойся, — сказал он негромко, целуя ее в живот, — я все сделаю, как надо, доверься мне…

Эти слова, а может — его голос, подействовали на Дженет — она замерла, дыша часто и коротко, полностью отдаваясь ему на милость. Больше всего Тэмлину хотелось бы, чтобы она смотрела на него, но девушка закрыла глаза и будто уснула среди пышной дымнянки и маргариток.

Он несколько раз лизнул, а потом защекотал языком чувствительное место вверху маленького трепещущего лона, и был вознагражден сладостными вскриками, а затем стонами. Она хотела его, эта человеческая дева. Хотела, но до последнего противилась в этом признаться. И вот теперь оказалась в его руках — красивая, беззащитная и желанная. Один взгляд ее говорил больше, чем сотня слов любой другой женщины.