Онлайн книга «Королевская кровь. Книга 1»
|
Тааам-бон-бон. Тааам-бон-бон. Тааам… Я смотрела на спину сестры и пыталась представить себе, что она чувствует сейчас, будучи так близко к изначальному пламени нашего первопредка? Страшно ей? Любопытно? Все равно? Я же была в эйфории, это было первое божественное чудо, которое я видела сама, и когда это так наглядно и так близко, становятся жалки и смешны как и наши споры с лицейскими дружками-атеистами, так и философствования почтенных профессоров богословия. Все не так сложно, все близко и понятно. Я тянулась к этой обжигающей стихии, хотела прикоснуться к ней, почувствовать ее. И чувствовала себя обиженной маленькой девочкой, которой показали торт на высоком столе и сообщили, что его сейчас съест кто-нибудь другой. …Дай ее избраннику твердости и крепости, Дай им здорового потомства Пусть тот, кто хочет сразиться с ним, Заявит свое право сейчас или молчит вовек… На другом конце города взбешенный Владыка врезал в челюсть ворвавшемуся в номер и разбудившему его брату, и, страшно рявкнув, выпрыгнул из окна, на лету разворачиваясь в огромного дракона. Уже не стесняясь ничего и никого, не слушая криков ужаса видящих его снизу людей, огромный ящер молнией полетел к амфитеатру, в ярости обещая себе разорвать проморгавшего перенос церемонии Энти, если он не успеет и коронация состоится. — Других претендентов на руку принцессы нет! Время выбора истекло! Можно начинать коронацию! Благослови дочь свою на трон и наследие твое, Красный Отец! — торжественно объявил Его Священство, кланяясь Огню и выливая в него драгоценное ароматное масло. Огонь взмыл выше статуи, соглашаясь, и корона, светящаяся, будто раскаленная, медленно поднялась в воздух под ритмичный звон гонгов и двинулась к Ангелине. — Красота, — выдохнула рядом со мной Василинка, и я молча кивнула. Корона, как лепестками цветка, была обвита танцующим и меняющимся белым, красным, оранжевым, золотым пламенем, двигалась высоко — на уровне глаз пылающего Бога-Огня, и не спеша, позволяя проникнуться красотой момента, направлялась к старшей сестре. Огненный Бог развел руки и проревел: — Благословляю сильнейшую дочь свою! Я почувствовала, как на глазах от восторга вскипают слезы, а в низу живота легкими крыльями порхают страх перед сверхъестественным и неземное счастливое возбуждение, не имеющее отношение к сексуальному. Скорее, это было так, будто я долго-долго о чем-то мечтала, и, наконец, получила. Захотелось упасть на колени от счастья и восторга. И в этот момент по ушам ударил резкий звук, будто лопнула огромная струна. Сверху заблистали разряды, но я не могла поднять головы. Потому что пылающая корона Рудлог пролетела над застывшей Ангелиной и направилась ко мне. Ани обернулась, и я увидела ее огромные непонимающие глаза и бледное лицо. Завизжали люди, а я, каменея, беззвучно крича от ужаса и предвкушения, смотрела на приближающуюся корону, опаляющую меня нестерпимым жаром. Неужели…? Протянула к ней руку… … но меня отшвырнуло, будто котенка, позарившегося на хозяйские сливки. Я упала на спину и увидела, как, остывая и постепенно принимая нормальный цвет, сияющий венец опускается на голову оставшейся стоять Василины. Дальше взгляд выхватывал только куски просходящего. Выгибающаяся дугой и закатываюшая глаза Василина, падающая на руки Мариана. |