Книга Королевская кровь. Книга 1, страница 285 – Ирина Котова

— Отступишься? — спрашивает она искушающее, и в голосе ее обещание. — За тобой долг, возлюбленный муж мой.

Зеленый медленно шагает назад под горящими глазами брата и качает головой. Они все любят свою божественную сестру, но только двое из них способны убить за право быть с ней. И один стоит перед ним.

— Обряд весь нарушен, — ворчит Божественный Воин, угасая, в который раз покоряясь этой женщине.

— Ничего, — веселясь, отвечает Белый, и его глаза смотрят сквозь пространство, — сейчас его выполнят до конца.

— Посмотрим, или…? — спрашивает Богиня, улыбаясь мерцающим красными огнями глазам супруга. Тот рычит, хватает ее за волосы, поднимает рывком, а она смеется, льнет к нему в поцелуе, оборачивается вокруг него водяным вихрем, и они изчезают под печальным взглядом Зеленого.

— За мной будет долг, брат, — доносится до него рев Красного, а Белый обнимает его, отвлекая от скрывшихся любовников, и обещает, что сейчас будет весело.

Василина

Приходящие в себя на трибунах люди с недоумением наблюдали, как поднимается в воздух, словно паря, молодая женщина с очень светлыми волосами и в заметно большом для нее платье. Ее руки были разведены, и она медленно крутилась вокруг своей оси, а затем опустилась на землю. И тут же прыгнула, приземлившись у статуи застывшего в угрожающей позе Бога, оказавшись лицом к растерянным, испуганным людям.

С небес тянуло сухим жаром, сверкали молнии, и стеной надвигался дождь, а раскаты грома напоминали вибрирующие стоны и рокочущий смех. Женщина тоже смеялась, поднимая лицо к небу, и ее тонкая фигурка словно светилась изнутри. Далеко за ее спиной пришел в себя ее муж, завертел головой, ища взглядом супругу, поднялся и побежал к ней. Рядом с очнувшимся бароном виконт Кембритч придерживал на руках принцессу Марину, обтирая ей лицо, тряся и зовя ее.

Королева Василина, с улыбой оглядывая притихших подданных, вдруг протянула к ним руки и прошептала:

— Идите ко мне.

И этот сладкий, манящий шепот отдался безумным желанием в телах ближайших мужчин. Вот Алмаз Григорьевич Старов делает два шага вперед и застывает, словно пытаясь совладать с собой. Вот Его Свящество падает и корчится, борясь с невыносимым для просветленного плотским желанием. Жрецы опускаются на колени, ползут к ней, останавливаются, снова ползут, и молятся, молятся хриплыми голосами, пытаясь найти защиту у божественных господ. Двинувшиеся было вперед маги под резкие окрики справившегося с собой Старова ставят ментальные щиты и зажимают уши.

— Идите, — снова ласково прошептала она, но теперь ее было слышно даже на дальних трибунах. Там начали подниматься неженатые мужчины, стремясь вперед, к своей королеве. Матери и сестры хватали их за руки, висли на шеях, пытаясь не пускать, но они упорно шли вперед, ведомые одним желанием — быть с этой женщиной.

— Гюнтер! — отчаянно и пронзительно прокричала царица Иппоталия, становясь перед пребывающей в трансе Рудлог и выставляя щиты. Сколько она сможет удержать, непонятно. — Нам нужны все! Сейчас будет бойня! Я не удержу щит против всех!

Старов попытался помочь ей, но все, на что его хватило — это накрыть щитами ползущих священников, которые, почувствовав, что наваждение спало, начали приводить в чувство Его Священство.

— Идем, Тали, — проревел в ответ блакорийский король из ложи. Но королевские ложи высоко и далеко, а приближающиеся очарованные мужчины близко. Огибая щит серенитской царицы, мимо зовущей других жены пронесся барон Байдек, встал у щита, снимая мешающий камзол и рубашку. К нему уже бежали с намерением снести препятствие на пути к желанной женщине