Книга Королевская кровь. Книга 1, страница 42 – Ирина Котова

— Александр Данилович, добрый день. Кто там у вас?

— Семикурсники, я думаю, — ответил он, с теплотой глядя на черноволосую красавицу. И тут же рявкнул на обрадовавшихся разгильдяев: — Узор держать! До конца задание выполнять! Обрадовались, умники!

Умники сосредоточились. В растянувшемся зеркале один за другим появились барон фон Съедентент и лорд Тротт. Они, не обращая внимания на студентов, быстро закрепляющих стабилизаторы, заговорили одновременно:

— Милая, я скоро вернусь, — низкий и немного раздраженный голос барона с четким выговором гласных звуков.

— Иду, минутку! — это Тротт, наверняка спешно что-то доделывает или дозаписывает результаты опытов.

— Александр Данилыч, мы уже удержим, — это Виктория. Она обеспокоенно глядела на ректора, и студентам так интересно погреть уши и остаться, но не тут-то было.

— Все, раздолбаи, идите, зачетки потом у Натальи заберете. И чтоб на моем практикуме я вас видел постоянно, понятно? Один прогул — и полетите. В эту самую золотую осень. Все ясно?

— Понятно! — еще не веря, что так легко отделалась, «талантливая молодежь» выбежала из кабинета побыстрее, чем иные телепортом уходят. Раздалось дружное хмыканье — господа профессора, кавалеры туевой кучи разных орденов явно вспоминали себя и веселились.

— А давайте ко мне? — пригласил друзей ректор, делая широкий жест. — Не люблю общаться через зеркало, потом глаза режет, как песком насыпано.

— Лучше уж к Виктории, — черноволосый красавчик Мартин, избавившийся от дамы в спальне, оглядел придворного мага Инляндии и подмигнул ей, — хочу посмотреть, какие хоромы наша акулочка себе по контракту отжала.

Виктория, ставшая придворным магом всего полгода назад, нахмурилась и бросила:

— Обойдешься. Тебе и в лучшие то времена в мою спальню вход был заказан. Сколько лет, а наш бароша не меняется — рядом всегда хотя бы одна баба.

— Но-но! — развеселился блакориец. — Чтоб ты знала, это не просто баба. Это целая герцогиня…

— Не знаю и знать не хочу, — брезгливо ответила Виктория и демонстративно закрыла уши.

Тем временем Рыжик, Малыш Макс, он же сильнейший природник в мире Максимилиан Трот, уже перешел из своей лаборатории в кабинет Александра, попутно вытирая руки белоснежно-белым полотенцем. Они обнялись, и Макс пораженно уставился на друга.

— Саш, что с тобой? Это эксперимент какой-то?

— Почти, — Александр пригласил его сесть рядом. Аккуратный, высокий, чисто выбритый, с породистым лицом рыжий инляндец был автором более полутора сотен уникальных зелий. Алекс усмехнулся, вспоминая, как в юные годы их студенчества их гениальный друг неоднократно пробовал свои зелья на одногруппниках, и частенько последствия ставили в тупик и преподавателей, и приглашенных спасать горе-экспериментаторов специалистов.

— Я сейчас все расскажу, подожди.

— А чего рассказывать? — громогласно объявил подошедший Мартин. — Алекс решил, что ему скучно быть живым ректором, непременно нужно стать мертвым героем.

— Не тараторь, — поморщился Макс, и Мартин странным образом послушался.

— Я могу докачать тебе источники, — предложила Виктория хозяину. — Хватит еще на пару месяцев. — Она протиснулась к столу, наклонилась, чтобы собрать бумаги, и Мартин, конечно, не преминул при этом оглядеть тылы придворного мага и восхищенно присвистнуть.